— Мало того, что ты вынудила меня приструнить себя в его доме, так ещё и вернулась ко мне только для того, чтобы выудить из меня тайну изготовления эликсира!

Я вздрогнула, не ожидая, что он знает о моей миссии. Но откуда? Баночка с зельем выпала из моих рук и покатилась по полу. Я поднялась, чтобы поднять её, но Ирган резко обернулся и схватил меня за руку, причиняя боль, оставляя синяки на коже. Прошипел:

— Но даже это я мог бы тебе простить. Принял бы тебя обратно, исцелил бы от эликсира и открыл твоё прошлое, но…

— Но?

Я ждала, не сильно огорчившись тому, что Ирган не собирался меня спасать. Где-то внутри у меня уже жило знание, что он откажется от своего слова, и сейчас было интересно, угадала ли я причину смены его настроения.

— Этвеш поделился с тобой исцеляющей магией драконов, ты приняла её! — Лабатт говорил всё громче, почти переходя на крик: — Твоё тело было моим холстом, а ты осквернила его и уничтожила всё, что я тебе дал. Ты не достойна жить в моём доме, а это значит, что ты умрёшь в муках!

И оттолкнул меня с такой силой, что я не устояла и упала. Он ждал полного повиновения и безысходности, которыми я жила раньше. Но я посмотрела на Иргана снизу вверх и спокойно уточнила:

— Так на какой вопрос вы готовы ответить мне, господин?

Разозлившись ещё сильнее, он вскочил и замахнулся.

— Дрянь!

С его руки сорвалась бирюзовая молния, и я невольно затаила дыхание в ожидании жуткой боли, как вдруг в этот момент в мыслях возник образ смеющейся девочки, с ладони которой во все стороны разлетелись золотистые бабочки, и невольно улыбнулась. И магия Иргана, вместо того, чтобы ужалить меня, вдруг растаяла.

Посмотрев на свою руку, Лабатт скривился:

— Сетт выжал из меня все силы. Ничего, я восстановлюсь, но ты этого не увидишь. Поднимайся, Златослава, и закончи, что начала.

Я подхватила баночку и осторожно встала, всё ещё находясь под впечатлением от неожиданного спасения. Вернулась к кровати и продолжила намазывать спину Иргана. Размышляла не о том, что мужчина истощён пытками во дворце, а о том, какой именно вопрос задать. За два года я изучила этого человека, поэтому знала — Лабатт ответит, но только на один.

Мне очень хотелось узнать о своём прошлом, но эта информация по сути была бесполезна, ведь Ирган вынудил меня вернуться, чтобы наблюдать, как я умираю. Он хотел наказать меня самым болезненным способом, и я подчинилась. Ради Варры и её отца. Представив перед собой Драгана и его милую дочурку, я поняла, что и выбирать не нужно. Я уже его сделала, вернувшись в этот дом.

— Как вы получили эликсир, господин?

Плечи Иргана напряглись, и я услышала горький смешок.

— А это, оказывается, больно. Я надеялся, что ты спросишь о другом, Златослава. Но даже если ты этого не сделала, всё равно отвечу. Ты скоро всё вспомнишь.