Я не привыкла к такой, Марк водил иначе, но Расул — далеко не Марк. Я мажу взглядом по профилю водителя и возвращаюсь к видам за окном.

Быстрые сумерки почти схлопнулись в ночь.

Она будет длинной.

Пара вспышек заливает светом салон. Я оглядываюсь — нас угрожающе подпирает машина.

Расул ускоряется. Автомобиль сзади тоже. Снова ""моргает"". Я непроизвольно сжимаю руки в кулаки из-за непонимания и отсутствия контроля за ситуацией.

Секунда… Две… Три… И мы начинаем сбавлять скорость. Машина сзади, вильнув, обгоняет нас и прижимает к обочине.

Мы снижаем скорость синхронно вплоть до полного торможения.

Оба мигают аварийками. В мои уши врезаются щелчки.

Расул молча открывает свою дверь и выходит. Я вижу, как поджигает сигарету и выпускает дым в воздух.

Кровь бурлит адреналином.

Дверь с моей стороны тоже открывается, впуская в салон осенний ветер. Кожа на укрытых тонким капроном бедрах становится гусиной. На уровне лица мягко раскрывается ладонь.

Я пробегаюсь по пальцам до предплечья и выше.

Эти руки я узнаю из тысячи. Даже без чернил его я узнаю всегда.

Встречаюсь глазами с Руслана.

От него веет решительностью и опасностью. Всё по-прежнему. Как впервые.

И я, кажется, знала с первой минуты, что нырну в эту бездну, даже если в итоге разобьюсь о скрытые темной водой скалы.

Вкладываю в ладонь свои пальцы и позволяю перехватить их удобней, когда ступаю каблуками на асфальт.

Случайно или нет, но мы вдвоем сегодня в черном. За руку идем к другой машине.

Той самой, лучшей, которую он не захотел отдать кому-то другому, и на которой я просила себя прокатить, ещё не подозревая, что он сделает это возможным.

Черная хищная птичка с показушными номерами TIWAZ урчит не заглушенным мотором.

Самое то для Незнакомца, чье появление взбудоражило город.

Руслан кивает Расулу, тот в ответ, ничего не сказав.

Незнакомец подводит меня к передней двери своей машины и кладет пальцы на ручку.

Прихватывает за подбородок и поворачивает лицо к себе.

Он всегда смотрел на меня с уверенностью в том, что я — уже ему принадлежу. Что до секса, что после. Я ещё слала его нахуй, а он уже знал, что крепость рухнет. Сейчас этот взгляд кажется абсолютно неотвратимым.

Я отдала ему себя всю. Подписалась на вот такие правила игры.

— Планшет остался в той машине.

— Расул утром привезет.

— Хорошо.

Руслан давит на мой подборок и немного оттягивает нижнюю губу. Я не сопротивляюсь. Расслабляю челюсть, чувствуя его приближение и позволяя себя поцеловать.

В мозгу взрывается. Сгорает запрет за запретом.

Казавшееся невозможным становится сорокаградусной реальностью.

Мимо несутся машины, а пальцы Руслана спускаются на мою шею, чтобы сжать.