Они же не жалеют простых людей, отнимают последнее, подставляют невиновных.

С чего бы жертве жалеть палача?

Бросаю на малышку беглый взгляд, понимаю краем мозга, что по какой-то неизвестной мне причине не желаю показывать Маше своих демонов. Ни к чему.

Машенька – она как светлый лучик в нашем царстве тьмы угрюмых мужиков.

Пусть она станет для своего отца частичкой света.

Может Угрюмый захочет пойти за ней, и найдет свет.

Он разлагается, а она его вылечит.

– Угрюмый занят. Просил тебя прийти к нему. А Маше занять ее комнату. Он увидится с дочерью завтра.

– Папа так плох? – шепчет девушка и я слышу в ее голосе вину. О боги! Она еще и винит себя за то, что сразу не приехала.

– Да, – отвечает сухо охранник, добивая ее.

– Может, не так плох, а устал, – говорю, пытаясь исправить ошибку бессердечного мужлана – сторожа.

Тот удивленно мотает гривой и утыкается въедливым взглядом в меня, потом в Машу.

Ощущение складывается такое, что порвет нас обоих, потому что мы такие тупые, не хотим выполнять приказ главного.

– Идем, – хватает вещи Марии.

– Я к папе…

– Нет. Иди за мной, – бездушно смотрит на гостью, появление которой его страшно раздражает.

Глава 5

Седой

Я – маньяк своего дела, но Угрюмый сумел вывести из равновесия даже меня.

Вхожу в кабинет хозяина и бросаю на него недобрый взгляд.

– Как тебе Мария? – задает мне очень странный ответ. Не знаю, что отвечать, потому что не понимаю цели вопроса.

К тому же вижу, как внимательно отец рассматривает дочь на мониторе (по всему дому, начиная от ворот понаставлены камеры).

Молчу.

С Угрюмым это так работает, пока он отрабатывает в своей бедовой голове разные варианты развития событий, лучше заткнуться и молчать в тряпочка. Иначе будет туго. Возьмет он случайно твою мысль, она не выгорит, а тебе башку снесут.

Проходили. Видели и не такие зверства.

– Думаю, из нее выйдет наш человек! – выдает босс. И я едва справляюсь, чтобы не воскликнуть что-то типа: – Ау! Она всего лишь девчонка!

– Хорошенькая, да, – перепрыгивает на другую мысль.

– Симпатичная, – отвечаю честно.

– Серьезно? – вспыхивает отец в оскорбленных чувствах.

– Красавица! Ты бы ее мать в молодые годы видел! Поэтому я ее и выбрал, чтобы наследника красивого родила. Здорового. С великолепными генами.

Твою мать!

Всё у Угрюмого не так как у людей. Он даже бабу выбирал по породистости, как лошадь скаковую.

– Ты не любил еще. Не знаешь, как с ними бабами сложно! – выговаривает мне.

– Это точно, – поддакиваю, прищуривая глаза. Не хочу, чтобы босс рассмотрел на дне моих зрачков боль, которую я испытываю вдали от своей девушки.

– Я однолюб, – выдает спокойно Угрюмый. И я цыкаю тихо. С трудом верится, что этот человек решил со мной поговорить о жизни.

Ну да. Ну да.