Тяжело вздыхала, заранее ожидая сложности с рисованием эскизов. Вспоминала свои рисунки и то, с каким удовольствием рисовала по памяти портреты сокурсников и какими реалистичными те получались.

Когда перо натёрло пальцы, а глаза устали, девушка спустилась на первый этаж, чтобы размять затёкшие ноги."

"В доме было тихо. За закрытой дверью гостиной не слышалось ни звука.

В кухне догорал камин. Пахло мясом и копчёностями. На металлическом коробе с тлеющим торфом стоял глиняный горшок, на подставке — горячий чайник.

При свете свечи Хенни нарезала луковицу, шмыгала натёртым докрасна носом, изредка вытирала слезящиеся глаза.

В миске лежали морковь, отжатая кислая капуста, приготовленные зелень и специи.

— Вечерять здесь будете? — спросила она, не поднимая глаз. — Хозяйка не в духе, будут пить только чай с мёдом и то неизвестно когда. Всё пишут и пишут, столько бумаги понапрасну извели, — вздохнула сокрушённо.

Ника взяла из буфета голубую чашку, налила чаю и села за стол, на котором стояла корзиночка с накрытыми булочками, тарелка с куском рыбного пирога, сыр двух видов, масло, творог, молоко, мёд.

От камина шло уютное тепло.

Не хотелось ничего делать и ни о чём думать.

— Всё же наши соседи позвали прежнего садовника, — сообщила Хенни, отправляя нарезанные овощи в глиняный горшок.

— Он тебе нравится? — спросила Ника, с аппетитом уплетая пирог, запивая несладким чаем.

Вместо ответа служанка тяжело вздохнула и добавила в горшок специи. Взяв меха, раздула затухающий в камине огонь.

— Найдёшь себе другого… в Амстердаме, — сказала Ника.

Хенни снова тяжело вздохнула. От её недавнего радужного настроения не осталось следа.

— Ты когда его видела? — уточнила Ника.

— Перед вашим приходом, когда выносила ведро с отходами.

— Разговаривала с ним?

Снова молчание.

— Понятно, — с сожалением отметила Ника. — Не мешало бы тебе прояснить обстановку перед отъездом. Может, он тоже к тебе неровно дышит, и своим отъездом ты сделаешь несчастной не только себя.

— Что? — встрепенулась Хенни. — Как вы сказали?

— Пф-ф, — Ника подняла глаза к потолку. — Он женатый? Вдовец?

— Нет, — служанка вытерла руки полотенцем и села напротив молодой хозяйки. — Его мать и младшая сестра торгуют на рынке цветами, рассадой и разными растениями в кадках и горшках.

— Неплохо, — Ника налила себе вторую чашку чаю и взяла немного творога с мёдом — вкусно. — Ты общалась с садовником раньше? Разговаривала?

— Нечасто, когда по поручению хозяйки ходила к госпоже Бригитте, — сглотнула Хенни сухим горлом.

— И как?

Служанка дёрнула плечом.

— Угу, понятно, — отпила Ника чаю. — Тогда тебе срочно нужно выяснить, как он к тебе относится.

— Это как же? — выпрямилась Хенни и настороженно уставилась на молодую госпожу.