Дело в том, что, похоже, Ольшанского отпустили напасти. С ним последние пару дней абсолютно ничего не происходило. Он не падал, не подвергался нападению ос, на его голову не валились кирпичи, он не ронял на себя чашки с горячими напитками, рядом с ним не взбрыкивали лошади — ничего. Даже непривычно. Не означало ли это, что магия успокоилась, потому что дело идёт к наследнику? Внук?! Маленький розовый горластый Ольшанский? На сердце теплело от подобных мыслей. Вот только Алену хотелось быть уверенным, что никто его девочку не обидел и это был её выбор. У него ещё свежи были в памяти её слова, что она и слышать не хочет ни о каком женихе и ни о какой помолвке.

Экипаж остановился возле учебного корпуса академии. Злата тут же выпорхнула наружу со словами:

— Папочка, я опаздываю.

Не успела она сделать и нескольких шагов, как к ней подскочил какой-то белобрысый хлюст. Они начали оживлённо разговаривать. Не понравилось Алену, как он на Злату смотрит. Совершенно не понравилось. Эх, тяжело быть отцом повзрослевших дочек. Глаз да глаз нужен.

Ален начал выбираться из экипажа, привычно ожидая какую-нибудь напасть. Он даже специально под ноги не смотрел, когда спускался по ступеням, чтобы уж наверняка. Но ничего не произошло. Ловко, как в молодости, он спрыгнул на землю, цел и невредим. Не поскользнулся, не запнулся. Чудеса!

Ольшанский направился к ближайшей скамейке, собираясь дожидаться там Валерию. Он знал, что она вот-вот появится. Когда подъезжали к главному корпусу, Злата общалась с сестрой по мобильному кристаллу, и та сказала, что уже выходит."

"Ален подходил к скамейке, держа в поле зрения Злату с хлюстом, которые всё ещё беседовали возле входа, и одновременно прокручивал в голове всё те же мысли об исчезнувших бесследно напастях.

Он опустился на скамью, практически не глядя. Поэтому ощутил что-то неладное, только когда его пятая точка коснулась дощечек. Она коснулась и тут же прилипла. Проклятье! Скамья, что, окрашена?!

В общем-то, об этом красноречиво свидетельствовала табличка с надписью: ""Осторожно! Свежая краска!"" Но Ален, увлечённый своими проблемами, её не заметил.

Чертыхаясь, он предпринял попытку оторваться от липких дощечек. И, слава богам, у него это с лёгкостью получилось. Вот только следы его опрометчивого свидания с окрашенной скамьёй остались на брюках. Всё там же, в районе пятой точки — полоса жёлтая, полоса красная, полоса синяя — просто радуга.

Показываться в таком виде на глаза дочери не хотелось. И хоть она уже появилась в поле зрения, Ольшанский направился не к ней, а в соседний корпус, где заметил многообещающую вывеску: ""Аптека"". Пришла гениальная идея — купить там зелье, выводящее пятна. С помощью него быстро привести себя в порядок, а уж потом встречаться с дочерью.