— И много желающих нашлось?

— Пока один. Но обещает хорошо заплатить.

— И кто это?

— Один из старшекурсников. Кацпер.

Лера покачала головой.

— Скользкий заносчивый тип. Лучше не связывайся. Тем более, чернила-то спасены.

— А что за чернила? — поинтересовалась Злата.

Лера и Вилзорт принялись рассказывать ей о пенале и его содержимом. Разговаривали долго и, разумеется, не только про чернила. Сколько всего хотелось узнать друг о друге. Касались разных тем, и, конечно, не могли не затронуть одну из самых тревожащих: почему Леру и Вилзорта разлучили. Злата ещё раз во всех подробностях рассказала о том, что увидела, благодаря своему дару, в комнате сторожевой башни.

Почти всё то же самое, что Лера уже слышала. У женщины приняли роды. Она была спокойной, будто под действием какого-то снадобья. Родилась девочка. Но был ещё один младенец — мальчик. В этом месте Вилзорт с самодовольной улыбкой вставил:

— Значит, я старший."

"— Обоих младенцев вынесли из комнаты, — закончила рассказ Злата. — Больше я ничего не видела. Прошлое проступило через настоящее, а потом снова растворилось.

— Ты ощущала, что повитухи, которые выносили детей, затевают что-то недоброе? — спросила Лера. — Когда человек собрался сделать нехорошее, это ведь бывает заметным. Он становится слишком суетливым или нервным.

— Нет, они не казались нервными. Действовали так, будто знают, что делают. Их лица были спокойными и даже милыми. А та женщина, которая выносила из комнаты новорожденную девочку, вообще, красавица. И даже большое родимое пятно на левом виске её не портило.

Интересная деталь. Когда Злата описывала своё видение первый раз, на внешности действующих лиц внимание не заостряла. Тогда это было неважно. А сейчас это может помочь делу. Наверняка, повитуха с большим родимым пятном на виске на всё княжество одна. Всё-таки это редкая примета. Вот только как её найти?

Глава 50. Не делай и всё

Когда Ян подъезжал к своему особняку, солнце уже закатилось за горизонт. Он вышел из экипажа и, не включая фонари, подсвечивающие аллейку, направился к двери. Ян знал двор собственного дома достаточно хорошо, чтобы ориентироваться в темноте. Ему оставалось до крыльца несколько метров, когда вдруг от дерева отделилась тень и перегородила ему дорогу.

— Дьер Ален? — Ян узнал непрошенного гостя.

— Да, поджидаю вас. Подумал, какой чудесный вечер для чашечки кофе, — на лице Ольшанского появилась не очень-то дружелюбная улыбка, скорее опасная.

Ян догадывался о цели визита.

— Что ж, прошу, — решил он проявить гостеприимство.

Ян проводил Ольшанского в гостиную и предложил кресло.

— Мне двойной чёрный без сахара, — запросил гость, не пожелав сесть.

Когда Ян вернулся с двумя чашками кофе, Ольшанский по-прежнему стоял.