Дракон, будто бы специально, не торопясь, поднимал руки вверх, касаясь меня нарочито бережно и слишком интимно. Особенно после того, что произошло.

Осторожное касание возле пупка, и я невольно поджимаю губы.

Внутри еще все горит. Хочется стереть их открытие из памяти, и продолжить. Но уже поздно, и неудовлетворенное желание болью отзывается в теле.

— Присядь, Ханнари, обсудим, — указав ладонью на пол возле столика, сказал Киррас.

Поджав под себя ноги, ссутулилась, неловко выравнивая чайную чашку по блюдечку.

Глаза отказывались подниматься и смотреть на мужчин, а рукам нужна была какая-нибудь бестолковая работа, лишь бы не бездействовать. И молчание драконов, смотрящих на меня в упор так, что горели волосы, только усугубляло положение.

— А как же твои рассказы? Я прочел все, даже те, что были весьма откровенными, — сказал Киррас, не на шутку изумив меня.

— Все? Зачем ты читал все?

— Хотел узнать о тебе побольше. И честно признаться, было даже интригующе, — он неловко потер затылок, смутившись, но тут же напомнил: — Так что с рассказами?"

"— Я выдумщица, снабженная личной литературой леди Панагор, — пожала плечом. — Всего-то немного фантазии, домыслов и вот… написано то, что есть.

— Но там были такие подробности! — продолжал недоумевать Киррас, будто отказываясь верить в мои слова. — У меня и мысли не возникло, что ты…

— Девственница? — ехидно уточнила я. — Ну извини, что не оправдала твоих ожиданий.

Вскочив с места, поторопилась уйти, потому что продолжать этот бессмысленный разговор претило. Хотелось спрятаться где-нибудь в шкафу, зарывшись с головой в тряпки, и немного поплакать от безвыходности.

Нет, домой меня отпустят не раньше, чем закончится насыщение, а значит, мне предстоит еще четыре дня сбегать от них на маленькой для таких маневров территории летающего острова.

— Ханнари, — тронув меня за руку, позвал молчавший все это время Тайрос. — Ты могла нас неправильно понять.

— Все я правильно поняла, — хотела вырваться, но куда там, когда запястье сжимают словно стальным капканом.

— Нет, неправильно. Просто это надо было сказать, и мы были бы с тобой бережнее. Каждый из нас мог совершить ошибку, непростительную в такой ситуации, — лишь потому, что был в неведении.

Глядя в мужское лицо, полное вины и искренности, мне хотелось поверить, но все еще кусающая за пятки неуверенность терзала и давила, чтобы сбежать.

— Прошу за себя и за Драйка: дай нам еще один шанс.

— Шанс на что, Тайрос? — вскипела я.

— На сохранение нашего договора.

— Вы… вы хотите продолжить?

— Удивительно, что ты еще спрашиваешь, — усмехнулся дракон. — Да, открывшиеся обстоятельства вынуждают нас обрести еще больше терпения, но это вовсе не значит, что у нас его не хватит.