И вовремя. Спустя некоторое время весь дом был разбужен истерическими криками мачехи. Οна в одной сорочке выскочила на улицу и металась по двору, а Семен в домашних портках пытался поймать её. В какой-то момент он остановился и как рявкнет:

– Заткнись!

Милана остановилась. Посмотрев безумными глазами на пасынка, она завыла, правда, тихо. Видимо, боялась, что ей сейчас попадет.

– Кто Луку видел?

Мужчины пожали плечами, но один из дворовых вспомнил.

– Я видел его возле комнаты, где временно поселили Дарину, на втором этаже.

Зарычав, он рванулся в сторону дома, а мы наблюдали всё, тихо сидя за забором с другой стороны. Вряд ли кто-либо мог заметить нас в такой темнотė. Как только во дворе стало тише, Светлана прошептала:

– В деревне у меня тетка живет, старенькая уже. Я иногда помогала ей, надеюсь, нас не прогонит и даст отсидеться какое-то время.

– Кто знает, что она твоя тетка?

– Из старых слуг знали все, а эти-то себя не помнят. Каждый вечер пьянки, потом уединяются кто куда и занимаются непотребством, - мы сидели в тени, и я не видела её лица, но внутренне почувствовала, что девушка сильно смутилась.

По словам Светы нам надо было преодолеть луг. Короче говоря, открытую местность, где нас могли увидеть все, кому не лень, перейти через брод, а там начинался лес. Боясь попасться на глаза прихвостням Семена и Миланы, мы бегом преодолели это пространство и вышли к нужной тропинке, уходящей в густую чащу. Поежившись от страха, что придется идти ночью по лесу, кишащему хищниками, мы, взявшись за руки, сделали шаг вперед."

"Стволы деревьев росли вдоль тропинки длинной колоннадой, уходившей вглубь леса, и незаметно сливались вдалеке с ночным мраком, несмолкающими голосами ночных птиц и насекомых, скрипом старых деревьев. Нас охватил жуткий страх, и тысячи мурашей побежали по спине, когда над нашими головами громко крикнула птица, зашумела и зашуршала, чуть не задев большими крыльями… Это было последней каплей, не разжимая рук, мы побежали, не чувствуя ног.

Через десять минут мы стояли на краю селения под названием Пустырка. Там и жила родная тетка Светы.

– Пойдём задами, чтобы не взбаламутить дворовых собак. Нам лучше не показываться на глаза, чтобы никто не удумал рассказать хозяевам, - отдышавшись от бега, посоветовала девушка. - Есть в этом селении те, кто за лирану* на всё готовы, и на предательство тоже.

Дойдя до обветшалого старого дома со скособоченной крышей, покрытой серой дранкой и поросшей кое-где мхом от сырости, мы остановились возле небольшого окошка. Просто проходя мимо, я, наверняка, приняла бы его за заброшенное жилье, но в огороде были посажены несколько грядок с овощами.