"

"— О! — Воскликнул граф, выпуская мою ладонь. — Надеюсь, в скором времени мы свидимся, вы прекрасны, очаровательны и волшебно притягательны. И как не тяжело расставаться с вами, к сожалению, меня ждут безотлагательные, государственные дела.

— Уверена, герцог нуждается в вашей мудрости, милорд, — выдала, граф счастливо рассмеялся. Я бы сказала даже, искренне так, как мальчишка.

Его уже Юджин чуть ли не за руку тянет. Еле оттащил от меня.

Скользнула взглядом по Шоберту. Злится и тихо ненавидит. Юджин тоже мотнул головой, мол, я все понял…

Удалились из зала. Нет, вам моего настроения не испортить. Сияю от осознания, что я самая — самая! Все бы ничего, вот только эти танцы! Снова чувствую превосходство дам, что умеют кружиться так легко и непринужденно. А я, нагулявшись, расплескав все свое очарование и посеяв раздоры где надо и где не надо, стою в сторонке с Миланом.

Присели на диван. Повышенная утомляемость беспокоит меня в последнее время. Силы быстро уходят. Чувствую себя слабой и от того беспомощной. Не оправилась толком, что тут еще сказать? Столик с большим количеством сладкого меня особо порадовал. Кусаю по чуть — чуть и скромно, наслаждаясь изумительным вкусом крема. Как давно я не кушала сладкое!

Клавдий возник, словно гром среди ясного неба под ручку со своей бабушкой!

В этом и сомнений не осталось, когда по гостям прокатились соответствующие фразы и всеобщий трепет. Дама в красном роскошном платье, усеянном рубинами и бриллиантами, пышностью, как два моих, в преклонном возрасте со стальным брезгливым видом встретила всеобщий реверанс. Милан спасительно поднял и меня с дивана, мы тоже выразили поспешное почтение.

Они направились к нам уверенной походкой. А за ними два десятка мужчин в однообразных камзолах! А у меня в груди холодеет! А еще я увидела трех вчерашних сплетниц! Мордахи надменные, идут, будто никого не замечая. Фрейлины несчастные.

— Баронесса Валерия Балейская, — присела вновь, представляясь герцогине и уводя взгляд в сторону от такого прожигающего взора.

— Баронет Милан Релесский, здравия вам, о прекраснейшая из женщин, — произнес мой друг с выражением и поддельной искренностью.

Герцогиня даже не отреагировала на комплимент. А он потянулся целовать руку, которая состояла из один только украшений невиданной красоты. Заметила и браслет, что выбирала в ювелирке гнома с Клавдием.

— Как вам наше мероприятие? — Произнесла мягким и в тоже время властным голосом герцогиня, ее сдержанная улыбка вызывала еще больше опасений.

— Красота и величие поражают, ваше превосходительство, — пропел Милан.

Удивилась его уверенности в голосе. Герцогиня нахмурилась, от чего у меня сбилось дыхание. Поражаюсь себе.