Усаживаюсь поудобнее и концентрируюсь, думая об Алинке. Зеркало почернело и никаких мне картинок не показывает. Минут двадцать сидела, пока совсем не отчаялась. Представляю, как сестренка говорит, вслушиваюсь.

— … почему я не могу… — раздается отдаленный едва узнаваемый голос Алинки.

У меня слезы наворачиваются. Слышу ее голосок!! Ухо к зеркалу прислоняю… И тишина. Как я только не вертелась, чтобы услышать еще хоть словечко!

— Алина! — Кричу, не сдержавшись. Меня колотит, пытаюсь мысленно повторить ее фразу, распознать интонацию. Она возмущена, она раздосадована. Что же тебе не дают сделать, кровинушка моя… Больше никаких контактов, только черное стекло. Будто все зеркала завесили!

Долго не могла уснуть. Думала о сестре. Главное, жива! Какой взрослый голос! А еще порывалась в замок свой пойти, потому что у меня тут проходной двор, а не спальня. Не решилась пойти, страшно стало, стоило лишь вспомнить слова эльфов об узниках замороженных! Пленные клесанцы? Заложники?

Утро… И началось в колхозе утро. В окно выглянула, а у меня на территории полигон с учениями. Бардак!

Серафима по первому моему шороху еду в покои несет, за ее юбку обе дочки держаться. Жаловаться хотят, опять задницы все в приключениях и следах от шлепков. Эльфы с прижатыми ушами и пугливыми мордахами заскакивают.

Лаэль смотрит на меня виновато. Вчера, мол, погорячился. Лучший стрелок, блин.

— Лук эльфийский потеряли, — шепчет. — Валерия, я с другими плохо обращаюсь, и стрелы нужны особенные.

— Вся надежда на Наэля, — выдохнула и стала собираться.

Блондина во дворе ругает Гекар.

— И что мы миледи скажем?

— Дайте угадаю, — ехидствую, выйдя на крыльцо и вылавливая виноватые гримасы. — Лука подходящего нет.

— В точку, — усмехнулась маркиза, возникшая из — за угла дома. — У вас хороший сарай и казарма выстроена по архитектуре не здешней. Вот только покосилось все от вчерашних катаклизмов подземных. Владыки забавлялись, аль маги всякие.

Сама заметила, что крыши домов немного съехали и забор волнами пошел.

— Ты в сарае ночевала? — Решила я сострить.

— Нет, в твоих покоях, — ответила коза кучерявая. Верится с трудом. Заснула я не сразу и спала плохо, так что вряд ли это правда. Но эта ухмылка навивает…

— Есть вариант до поста лесных эльфов сгонять, — говорит Николь. — Второй вариант — меня попросить.

— И чего нам это будет стоить?

— Горячего дружеского поцелуя леди Валерии, — ответила лесбиянка и усмехнулась: — да шучу я! Условия у меня одно, мне в башню надо вашу.

В горле пересыхает. Видела, как мы входили? Шпионила? Пробовала до нас туда пройти. Чертовка… Не хочу ее туда пускать. Но куда деваться.