— Долго еще до гостиницы? Вы вообще туда идем? — Спохватилась, когда вышли в безлюдный переулок.

Остановился Филан, посмотрел на меня скептически, недобро так…

Впереди три фигуры зловещие показались. Обернулась, позади тоже двое нарисовалось.

— Прости, Валерия, — прошептал мальчишка. — Я им задолжал. За сестру готов любого предать. Отдай им все, цела останешься.

Смотрю на него, как на врага народа. Вот сволочь мелкая. Прошмыгнул через мужиков. Лица из темени выплыли, словно пленка проявилась. Остервенелые, озлобленные, голодные морды. В руке у одного нож. Куда деваться? Стены сплошные по обе стороны этажа на два.

— Не кричи, — прохрипел один из них пропитым голосом. — Иначе порежем еще. Поняла, госпожа?

— И без лишних движений. У меня свиток магический, сожгу, только дернись, — раздалось позади.

— А хороша, — протянул сиплым голосом тот, что с ножом. — А точно без охраны, Фил?

— Я увел от преследователей, — ответил мальчик важно.

Лук сам возник у меня в руке. Первым же выстрелом пригвоздила руку с ножом. Истошный вопль поднялся, едва другие успели опомниться.

— Магичка! — Взревели разбойники и стали уносить ноги.

Усмехнулась злорадно.

— Гори, тварь! — Гаркнули позади. Развернулась и увидела, как в меня летит рулон бумаги! Инстинкт самосохранения заставил отшатнуться. Усыпило бдительность лишь то, что кидавшие стали убегать. А рулон не показался мне чем — то опасным. И зря…

Жар накрыл буквально через мгновение. Свиток превратился в шар, что быстро разросся перед самым падением. Словно бутылка с горючей смесью ударился о землю и стал распространяться. Огонь перекинулся на меня, будто живой. Ужас пронзил еще до ощущения какой — либо боли от ожогов.

Моя одежда вспыхнула, как солома! Вот теперь — то я взвыла! Забилась пытаясь потушить огонь, но он только раздувался. Жар!! Боль!! Все это сразу накрыло и превратилось в безумие. Я горю и больше ничего не соображаю. Падаю… Дикая боль на коже, в носовых пазухах и горле. Гарь пожирает изнутри. Задыхаюсь, не в состоянии больше кричать. Тело превратилось в одну сплошную боль.

Мощная лавина, появившаяся из неоткуда накрывает меня. Будто ванну воды вылили сверху. Удар такой, что бьюсь затылком о камень вымощенной улочки. Сознание мутнеет.

Ощущаю, что больше нет жара от огня. Лишь дикая, тупая и одновременно пульсирующая боль. Будто кожа дотлевает. Если конечно от нее что — то осталось. От волос то уж точно ничего…

* * *Помню, как меня нашли стражники, отпугнув стервятников, что пытались забрать вещи. На украшения уже было плевать, но все порывы потревожить меня приносили боль. Вздутая кожа на пальце не дала снять кольцо, ощутила лезвие ножа, разбойник, видимо, решил отрезать мой палец. Но не успел. Вовремя прибыли представители власти.