Ему хотелось видеть их, касаться их и целовать.

— Дай мне посмотреть на тебя.

Синджен это не понравилось. Она прикрыла было грудь ладонями, но тут же поняла, насколько нелеп этот жест, и вытянула руки вдоль тела. Колин склонился над ней, полностью одетый, а она лежала перед ним, как какая-то глупая белая кукла. Хозяином положения был он, а не она, и это ей совсем не нравилось.

Он выпрямился и устремил взгляд на ее груди. Он не дотрагивался до них, а только смотрел.

— Весьма недурно, — заметил он, отлично сознавая при этом, что выразился слишком слабо. Он был поражен, что у нее оказались такие полные, круглые груди.

Ее походка была чисто мальчишеской, в ней не было ни капли кокетства, покачивания бедрами, женского поддразнивания. Но груди у нее были прелестные, высокие и полные, а соски — темно-розовые.

— Колин?

— Неужто этот испуганный, тоненький голосок принадлежит той самой женщине, которая стремилась содрать с меня штаны и овладеть мной с той самой минуты, как мы покинули Лондон?"

"— Да, но то, что происходит сейчас, мне не нравится. Ведь теперь все по-другому. Прежних мотивов для того, чтобы сделать это, уже нет.

К тому же ты стоишь и так смотришь на меня…

— Насколько я помню, как-то раз ты сделала со мной то же самое, только одеяло спустила до самых щиколоток. Ведь ты тогда смотрела на меня столько, сколько хотела, не так ли, и была при этом полностью одета?

— А вот и нет. Я была в ночной рубашке.

— Но ты не накрыла меня, пока не насмотрелась вдосталь.

— Вовсе не вдосталь, Колин. Я могла бы смотреть на тебя много часов подряд.

На это у него не нашлось остроумного ответа. Он наклонился, по-прежнему не касаясь ее руками, и осторожно взял в рот ее сосок.

Он думал, что она попытается оттолкнуть его, но она только слегка вздрогнула и застыла, как каменное изваяние.

— Что ты делаешь, Колин? Ведь это же…

Он выдохнул теплый воздух на ее грудь, и она слабо вскрикнула.

— Это мое вступление, — проговорил он и вернулся к своему приятному занятию. Его ноздри наполнились ароматом ее тела, и он сильнее сжал губами ее нежную плоть.

— О, Колин, это вызывает такие странные ощущения…

— И такие сладкие, не так ли?

— Не знаю. Может быть. Нет, пожалуй, все-таки нет… О Боже.

Он очень осторожно приподнял ладонью ее грудь и прижал ее к своим губам.

Когда он поднял голову, чтобы посмотреть на ее лицо, он также увидел, какой темной кажется его плоть рядом с ее плотью. До чего они разные…

Может быть, иметь жену в конце концов не так уж и плохо. Ему хотелось войти в нее прямо сейчас, сию секунду, но он знал, что ему придется подождать. Он знал, что сначала женщину нужно подготовить, возбудить, особенно поглаживанием между бедер, к тому же ему хотелось познать вкус ее кожи, почувствовать ее мягкую плоть губами и языком.