Это настолько…благородно, что я просто не понимаю, чем могла бы ответить ему на эту помощь. Даже стыдно как-то и неудобно стало, что я порой себя веду с ним не лучшим образом. К чёрту послала его чувства, тогда в кабинете. Но у меня есть поводы обижаться и не доверять! Разве можно простить всё, что было, только за один, пусть и большой, мужской и человечный поступок? Разве мы человека воспринимаем по какому-то одному конкретному случаю? Мы видим его в целом, и пока с ощущением горечи из-за начала наших вынужденных отношений я не справилась, хотя уже и не испытываю той жгучей неприязни.

Завибрировал телефон, и я вздрогнула, выпадая из мыслей. Глянула на экран — Влад. Закусила губу. Ну вот и настал момент реального диалога, а не вымышленного в моей голове.

— Да, — ответила я.

— Добрый вечер, — поздоровался он.

— Добрый, — ответила я и замолчала. Не знаю, как подойти к главной теме сегодняшнего разговора.

— Как дела? — поинтересовался Реутов.

— Всё нормально, — говорила я в трубку. — Анализы сдали, ждём результат. Сказали, несколько дней ожидать, а потом придёт переговорить врач, когда полная картина будет у него на руках.

— Хорошо, — отозвался Влад. — Не нервничай, Лена. Те же самые анализы вы уже сдали в Москве. Доктор Дахан просто страхуется и дублирует их, чтобы исключить возможность некорректности какого-либо из тестов.

— Я понимаю, — ответила я. — Старюсь не нервничать, но у меня не всегда получается.

— Я слышу по голосу. Наверное, попрошу, чтобы тебе назначили успокоительное какое-то. Тебя так надолго не хватит.

— Я сама поговорю с врачом. Мне нельзя какой попало препарат.

— Почему?

Вопрос прозвучал совсем обычно, но меня дёрнуло. Настал момент, когда я должна сказать последние новости.

— Потому что я беременна, Влад.

Секунда, другая. Я вытянулась в струну, ожидая ответа, но его всё не было и не было.

— Влад, алло, ты меня слышишь?

— Слышу, — ответил он каким-то другим тоном. — Это врач подтвердил, или ты сама это решила?

— Я сделала тест, который показал две полоски, и сходила к врачу. Он подтвердил беременность.

— Хорошо, я понял, — ответил он. — Тогда я всё равно переговорю с врачами, пусть назначат успокоительное для беременной.

— Я знаю, — ответила я.

В груди поднималось чувство разочарования. Я ждала от него какой-то реакции, но он говорит, пусть и с заботой, но так, будто ничего особенного я ему не сказала.

— Это все вопросы, которые ты хотела обсудить? — спросил Реутов после затянувшегося молчания.

— Почти, — сказала я. — Ещё вопрос: зачем ты продал акции?

Любопытство всё же взяло верх надо мной. Раз говорить со мной о беременности ему неинтересно, то поговорим о том, что интересно мне.