Подталкивает голову ближе к себе. Его живот подрагивает от предвкушения, дыхание становится влажным, хриплым, тяжелым, собственно, как и моё. — Продолжай, Ива. Или тебе помочь?

— Н-не нужно… — сиплю, прикипая немигающим взглядом к зажатому в кулаке члену.

C бурным выдохом опускаю вторую руку Максу на бедро.

Пожарский шумно сглатывает, как только я надавливаю большим пальцем на отверстие уретры, а затем размазываю по головке вязкую каплю смазки.

Кожа такая гладкая, нежная, как у младенца…

Налитый похотью член пахнет чистотой и сексуальным возбуждением. Мне приятно его трогать.

Интересно изучать. Но, похоже, Максима Андреевича мои действия утомляют. Он мягко толкается мне в кулак, давая понять, что терпение на пределе.

— Подрочи… — раздается негромкий хриплый приказ.

На секунду блокируюсь. Жмурюсь. Меня охватывает стыд, который языками пламени касается лица и груди. Чувствую сумасшедшую неловкость.

Каким образом я должна это сделать? Я никогда этим раньше не занималась.

То есть, пару невинных прикосновений к члену Ильи — это всё, что у меня было на практике. А сейчас, стоя на коленях перед опытным взрослым мужчиной, я выгляжу, наверное, глупо, пошло и унизительно… ещё и туплю как дура.

Мамочки, как это пережить? Смешно так, что плакать хочется…

Я же не девочка по вызову. Так искусно, как они, я не умею!

Стыдно…

Боже, как стыдно…

— Ива, — Пожарский дожимает низким голосом. Нервные окончания простреливает током. Я вздрагиваю. Вскидываю кверху глаза. Взгляд мужчины тяжелеет. От похоти, которую он транслирует, меня бросает в дрожь. — Обхвати полностью член. Ближе к яйцам. Сожми. Двигай рукой.

Сглатываю, нервно облизывая губы.

Я ненормальная… У меня уши горят, готовые напрочь отвалиться.

Макс Андреевич вообще без комплексов. Голодно пялится на меня. Смотрит, не отводя глаз. Давит хищным взглядом."

"Я инстинктивно подчиняюсь. Обхватываю ладонью горячий и гладкий ствол. Сжимаю. Со свистящим выдохом совершаю необдуманное скользящее движение к основанию члена и обратно. Сдавливаю в кулаке набухшую головку. Макс вздрагивает. Издавая шипящее ругательство, перехватывает мою кисть рукой и сжимает ещё сильнее, до кратковременного онемения пальцев.

— Пиздец, блядь… — цедит он сквозь стиснутые зубы.

Напряженный, с выраженным удовольствием на лице, он скользит моей рукой по своему члену, совершая плавные движения вверх-вниз. Я словно под гипнозом слежу за этим действом. Ощущаю, как наливается и тяжелеет грудь, как мою чувствительную кожу мурашки разъедают, а низ живота заволакивает приятным томлением.

Это завораживает… Боже, это волнует… Это будоражит…

Будит в глубине сознания запретные желания, рождает порочные мысли.

Только сейчас осознаю, как сильно человек зависит от зова своей плоти.