Избавься от неприятностей раз и навсегда. И кстати, у тебя борщ стынет, — напоминает тетя, указывая ножом на полную тарелку с едой. — Не уйду, пока не поешь.

Подняв дрожащими пальцами девайс, печатаю ответ:

«Нам не о чём разговаривать. Кольцо заберешь у брата. Пока».

Сообщение прочитано.

После короткой паузы Илья снова печатает.

Читаю прилетевшее эсэмэс.

«Ива, не дури. Я хочу всё объяснить. Выйдешь или мне к тебе подняться?»

Черт! Прилип, как банный лист!

Оценив, как тетка мастерски разделывает ножом курицу, решаю, что Илье лучше не рисковать. Иначе останется без носа — это в лучшем случае…

«Я не одна. Тетя дома. Не советую тебе нарываться. Она не в духе. В последнее время у неё на Пожарских убийственная аллергия»."

"«Зайду, когда уйдет», — приходит очередной ответ, от которого меня начинает трясти.

Может сказать ему правду, и пусть отстанет?

Но тогда я подставлю Макса.

Подперев щеку рукой, быстро печатаю смс:

«Ты ненормальный? Я сказала «нет»! Между нами всё кончено! Пока!»

«Твое «нет» — это «да». Жди в гости».

Да чтоб тебя!

Бросив телефон на стол, приступаю нервно помешивать ложкой борщ.

— И? — спрашивает тетка, не оборачиваясь. Застывает в одной позе. Замечаю, как её ладонь крепче сдавливает рукоятку ножа.

— Хочет встретиться, — бурчу я. — Но зачем? Что он собрался мне объяснять, после того, как бросил в том доме одну?

— Господи, да сколько ж можно? — взрывается тетя, швыряя в раковину нож. — Сначала Андрей, будь он трижды проклят! Потом Илья свалился на твою голову. Затем Макс. Пожарские — это какое-то наше семейное проклятие! Ей-богу.

Сорвав с крючка полотенце, тетка прячет в нём лицо и протяжно вздыхает, чуть ли не воет.

— Какой Андрей, теть Лар?

Но ответа не поступает. В кухне воцаряется тревожная тишина.

Родственница продолжает стоять, как восковая статуя, только покачиваясь из стороны в сторону, словно на нее обрушилась вселенская печаль.

— Может, расскажешь? — встаю я из-за стола. Подойдя к тетке, обнимаю её за плечи. — Я думала, у нас нет секретов друг от друга… — шепчу, прислоняя лоб к её запястьям.

— Андрей тот самый мужчина, который вынудил меня сделать аборт в восемнадцать лет. Всё, словно повторилось, Ива. Я как только узнала, с кем ты была, меня словно плитой об асфальт размазало… Илья еще полбеды… Но Макс…

— Кто такой Андрей?

— Отец Ильи и Максима Пожарских. По его вине я стала бесплодной. Когда родился Максим, мне сделали аборт.

Глава 48

Ива

— Как ты? — тетя приносит мне чай с мелиссой. Ставит чашку на тумбочку и садится рядом со мной на кровать.

— Пока ещё в шоке, — отвечаю, задумчиво пялясь в потолок. — Мне потребуется время, чтобы переварить выданную тобой информацию.

— Не зацикливайся на ней. Не стоит.

— Не могу, — обняв одну из моих подушек, поворачиваюсь на бок.