И снова моё глупое сердце забилось как сумасшедшее. Может, он наконец вспомнил?

Или пусть даже не вспомнил, просто понял, что может и сейчас признаться в своих чувствах? Ведь они были, были у него задолго до наших приключений! Как и у меня к нему, хотя я и пыталась сопротивляться им изо всех сил!

Даррен взял меня за руку, и лицо его было таким решительным, что я едва не перестала дышать.

— Иссабелия, — начал он и аккуратно оглянулся на наших спутниц. Но те то ли были ещё заняты, то ли разумно делали такой вид, чтобы не отвлекать. Умнички. — Пока мы не влезли ни во что страшно опасное и наверняка категорически неприемлемое, я бы хотел узнать у тебя одну вещь.

— Д-да? — я была на каблуках, но стояли мы в сугробе — разумеется, я так и не отыскала себе сапожки и из дворца попросить у фрейлин не догадалась! Так что была сильно ниже Даррена. И он наклонился, чтобы говорить тихо, а я его слышала.

А я могла только смотреть на его губы и воображать, как он меня поцелует. И как именно это будет. Неловко — как бывает в первый раз? Легко — как это на самом деле в наш с ним первый поцелуй или страстно — как были многие другие.

— Иссабелия, — повторил Даррен робко, словно не смеялся надо мной совсем недавно. И наклонился ещё ниже. — Скажи, раз ты сестра Флина второго и, получается, самая настоящая королева, я обязан на тебе жениться?"

"Честно скажу, когда меня вдруг портал выкинул в ледяные земли в одном одеяле и лёгкой одежде, я и то не чувствовала себя так паршиво, как в этот момент. Меня словно окатили водой из проруби, если не хуже!

В который раз я порадовалась, что почти не плачу! Если бы не особенность моего организма, я сейчас бы рыдала так, что эльфийкам и втроём меня не успокоить.

А позволить себе подобного я не могла. По той же самой причине — я королева, а не виверна чихнула! И я справлялась с вещами похуже, чем жених, который готов сделать мне огромное одолжение и всё из-за моего статуса! Чтоб бесам подавиться моим статусом!

Лучше было бы, конечно, чтобы он мне это написал. Я бы пострадала полчаса или полвечера, мы бы с Клементиной и Софи распили бутылочку чего-нибудь вкусного, и они обе сказали бы, что Даррену место убирать у вонючих сусликов, тех самых, что были способны оставлять горы выше драконьих! А потом я бы спокойно сообщила Даррену… наврала бы, одним словом, с три короба.

С видом совершенно спокойным и хладнокровным.

Увы, Софи и даже Клементина были сейчас недоступны, как и бутылочка чего угодно, отличного от воды. Так что мне пришлось сделать нечто, куда более мощное, чем молнию из ничего или поднятия армии мертвяков.

Я улыбнулась — улыбку пришлось растягивать, точно едва влажную драконью кожу — никак не шла! — и произнесла:

— Вовсе нет, Даррен. Это тебя ни к чему не обязывает.