— Что случилось?

— Может, вы присядете?

Я посмотрела на него зло. Увидев мой гнев, он как-то недоверчиво хмыкнул, не привык, наверное, чтобы на него так смотрели.

— На самом деле ничего страшного не произошло. И не произойдет. Просто у них сегодня на закате состоится дуэль — и после этого все участники, как вы понимаете, будут торжественно препровождены в карцер.

— Как дуэль? Как карцер? — уже бежала я.

— Куда вы? — раздался окрик мне в спину.

— Я забираю своих сыновей, и мы уезжаем, — отрезала я. — Немедленно.

— Никуда вы не поедете. И молодые люди останутся там, где они есть. — Лед в его голосе обжигал.

Я дернула дверь на себя. Она не открывалась.

— Прекратите истерику, сядьте и послушайте меня внимательно, — раздался приказ.

Поскольку я не собиралась его слушать, я упорно дергала ручку двери.

— Госпожа Лиззард! — новый окрик. — Прекратите сейчас же. Я почему-то считал вас спокойным уравновешенным человеком — только потому и предупредил. А вы… — Он взял меня за плечи, развернул к себе. — Да вы дрожите вся, — в голосе теперь слышалось удивление — и мне нестерпимо захотелось его чем-нибудь стукнуть. — Успокойтесь. Им ничего не грозит. Сядьте.

Милорд Верд усадил меня на стул и уставился темными-темными, практически черными глазами.

— Налить вам выпить?

Я покачала головой. Что еще ожидать от мужчины, когда тот хочет успокоить?

— Разве что нечто мутное и явно крепкое, что вы пили вчера, — вырвалось у меня.

— Что? — вот тут опешил он. — Вы претендуете на мой гномий самогон, который мне привозят лично и контрабандой?

Признавая поражение, я подняла руки вверх:

— Простите, нервы. Так что случилось?

Глава 9

Мне все-таки удалось удивить милорда Верда.

— Никогда не видел настолько упрямую женщину! — рычал милорд Верд в конце нашего разговора, но мне удалось главное: мне разрешили наблюдать за дуэлью.

Для себя я решила, что если почувствую хоть какую-то угрозу для Рэма или Пауля, то немедленно прекращу весь этот цирк, и мы, активировав артефакт перехода, просто-напросто исчезнем.

— Еще раз вам повторяю, ничего непредсказуемого или экстраординарного не происходит. Представьте себе, молодые люди всегда, во все времена, выясняли — кто первый, кто самый сильный… На мой взгляд, мастер Рэм и мастер Пауль поступили вполне достойно, соответственно ситуации. Им сказали о том, что они ублюдки из рода ублюдков, — и мастер Рэм немедленно кинул перчатку в лицо юному маркизу Борнмуту. Мастер Пауль тут же поддержал брата, заявив, что выступит в роли секунданта. Должен отметить, что я всецело на их стороне — они ведь с братом записаны как мои дальние родственники — следовательно, оскорбление нанесено и мне.