При виде нас военные замирают на мгновение — а потом раздается гордое имперское: «Бра! Бра! Бра!!!» И следом за ним — команда, перекрывающая шум людского моря:

— Равняйсь! Смирррррна!!!

К удивлению своему, я узнаю этот голос — командует Джон Адерли. Камердинера милорда просто не узнать в форме. А он — суровый и величественный — подходит к нам, печатая шаг, и продолжает:

— Ваше высочество! Разрешите доложить! Солдаты и ветераны Восьмой гвардейской армии, прибывшие на празднование вашей помолвки, построены!

— Благодарю вас, — тихо сказал Ричард. Похоже, теперь у него перехватило горло. — Благодарю.

— В честь командующего Тигверда и его невесты миледи Вероники — на караул! Троекратное «Бра!».

И мы с Ричардом идем через строй, сквозь ликующие крики и приветственные возгласы. Деревня, дорога к поместью, подступы к самому поместью — полны народом.

К нам подбегают Пашка и Рэм. Я обнимаю сыновей. И плачу от счастья. Потом Ричард пожимает им руки. И мне слышится, как он тихонько благодарит стихии…

Мы доходим до ворот, оборачиваемся — и машем рукой всем, кто пришел. Кричим: «Спасибо!» Ричард подхватывает меня на руки и вносит в дом.

Глава 37

День получился каким-то тяжелым. Меня с самого утра подташнивало, болела голова. И все время хотелось прилечь. Может, все-таки мои мечты исполнились?.. Я вспомнила каникулы в другом мире, наши объятия… Наши ласки… И зажмурилась в предвкушении.

— Добрый вечер! — Я неожиданно наткнулась на принца Тигверда в полутемной библиотеке. Он сидел, уставившись в пламя камина. — Никто не слышал, как ты пришел.

Он молчал, не поворачивая головы и никак не реагируя на мои слова.

— Ты голодный?

Еще раздраженное дергание плечами.

— Что случилось?

Перевел на меня тяжелый взгляд, уставился прямо в глаза. Глаза его полыхали алым. И в них я не могла найти ни нежности, ни желания.

— Ричард, ты злишься? На меня?

Закрыл глаза, словно ему было невыносимо меня видеть.

— Кто ты? — раздался несколько непонятный вопрос.

— В каком смысле? — удивилась я.

— Ты не Вероника Евгеньевна, как там фамилия — Журавлева. Единственное, что оказалось правдой, — так это то, что ты сопровождаешь наследника герцогства Рэйм. Вот я и спрашиваю — кто ты? Сама герцогиня? Хотя вряд ли — она не будет отсиживаться в столице Империи, слишком много в ней энергии. Она будет бороться до конца. За трон, за сына. Значит, кто-то из ее придворных дам…

— А почему вариант, что я твоя случайная знакомая из парка по фамилии Журавлева, тобой отвергнут?

— Вернулась команда из мира, который ты называла своим.

— И что?

— Журавлева Вероника Евгеньевна погибла давным-давно. Двенадцать лет назад. Автомобильная авария. Над ее покалеченным сыном Павлом взяли опеку ее родители. Они похоронили дочь — и не лгут.

…Слов не было.