Вожделенные мужчинами блины были пожарены. Какое-то время было не до разговоров — все успели проголодаться.

— Тоже хочу искупаться, — заметила я, когда все насытились. — Когда пойдем?

— Собирайтесь, — велел милорд.

— Убирайте со стола, я посуду помою — и вперед.

Увидела его недоуменный взгляд, улыбнулась. Вспомнила книгу Носова «Незнайка на Луне». Как у одного богача разбежались слуги — так он использовал сервиз за сервизом, чтобы не мыть посуду. И переходил из комнаты в комнату, чтобы не убирать. Представила милорда Верда, мигрирующего по дому. Нет, этот не будет. Этот организует себе комфортное пребывание.

Вышли мы уже хорошо за полдень. Пока убрались, пока собрались.

— К морю! — разулыбались мальчишки. И со счастливыми воплями полетели вперед.

— Это не море. Это океан, — поправил их милорд Верд, но, по-моему, они его не слишком расслышали. — Пойдем, здесь недалеко.

Мы спустились по практически отвесным ступеням вниз.

— Хорошо, что поручни есть, — пыхтела я. Не то чтобы я боялась высоты, но у меня дух захватывало.

От высокого ярко-синего неба, от вековых деревьев, торжественно возносящихся к небу, от хрустального воздуха. От тепла мужчины за моей спиной…

Горная речка с кристально-чистой и дико холодной водой, немного попетляв, вывела нас к пляжу с белоснежным песком. Мальчишки уже плескались, оглашая воздух счастливыми воплями.

— Эх, — вздохнула я. — И не поваляешься вволю…

— Почему? — удивился милорд Верд.

— Солнце печет. Я же сгорю мгновенно.

— Вздор. Иди сюда. — Он положил мне руки на плечи и на секунду закрыл глаза.

Я почувствовала, как меня во что-то закутало. Легкое, невесомое, нежно охватившее кожу.

— Вот так, — улыбнулся мне мужчина. — Я поставил слабенькую защиту. Солнце точно не пробьется.

В ответ я побежала к воде, стягивая по пути одежду. Поймала на себе взгляд Ричарда, полный вожделения. Засмеялась. Бросилась в воду, рыбкой ушла ко дну. Плыла, пока не зазвенело в ушах. Вынырнула. Огляделась. Счастливо вздохнула. И легла на воду, позволяя легким, почти незаметным волнам чуть покачивать меня.

Вот она — свобода! Вот оно — счастье.

И конечно же, кому-то понадобилось поднырнуть под меня и ухватить за ногу. Я извернулась и опять ушла под воду. Поняла, что это Ричард. Плотоядно улыбнулась — и оплела его ногами. Получи! В любую игру можно играть вдвоем!

Вынырнули. Я с наслаждением смотрела прямо в любимые черные глаза, любовалась алыми искорками на их дне. Погладила плечи, с удовольствием послушала короткий резкий вздох. Потерлась мокрой щекой о его грудь.

— И что ты творишь? — хрипло спросили меня.

— А что я творю? — тоном наивной ученицы спросила я.

— Я ведь даже из воды выйти не смогу, — пожаловался милорд Верд. — А еще эта твоя одежда.