А по ту сторону высокого забора раздались звуки подъезжающего автомобиля.

Дуня побледнела. Что делать?

– В дом! – скомандовал хозяин, а Дуня уже сорвалась с места."

"В голове вертелись слова Гоши о том, что она – единственное его уязвимое место. Понимала, что если угодит в руки к врагам Ирбиса, то никто ее щадить не станет, воспользуется таким козырем против Георгия.

Дуня успела забежать в распахнутую дверь. Калитка скрипнула, а Леший зарычал громче.

– Надо же, какие люди, – усмехнулся Кузьмичев, а Дуня подползла ближе к окну, чтобы видеть все, что происходит на улице.

– Уйми пса, Рома, – заговорил знакомый Дуне голос.

Взамен Дуня услышала негромкий свист, и вот уже точная копия Лешего появилась во дворе. Теперь уже два пса рычали и готовы были напасть на незваного гостя.

– Не помню, чтобы звал тебя на свою территорию, Крот, – хмыкнул Кузьмичев.

– А я мимо проходил, – парировал отец Дуняши, – дай, думаю, к старому другу заскочу на минутку, раз уж поблизости был.

– Другу? Ты паскуда, а не друг, Крот, – возразил Роман. – Проваливай, пока псы не загрызли.

– Рома, не дури, я ж видел, как к тебе дочка моя забежала, – усмехнулся Коротков, и уже громче, чтобы Дуня слышала, – Доча! Дунька! Выходи! Поговорим и разбежимся.

– Не было никого, Крот! – зло повторил мужчина. – Проваливай, пока я не вспомнил о твоих долгах.

– Какие долги, Рома? Ты что-то попутал, – рассмеялся совсем невесело Коротков, а Дуня присела на пол, прячась, и теперь уже только слушала, понимая, что между ней и отцом стоит только незнакомый ей мужчина, и он не обязан ее защищать. – План был: убрать Ирбиса. Ты промахнулся. Это кто кому еще должен. Так что отдай мне девчонку, и мы квиты.

– Заказ был на «левого» человека, а не на Ирбиса. Ты изменил цель. Нарушил условия. Убирайся, Крот, утомляешь, – рявкнул Кузьмичев. – Не было никого. Не видел я никакой девчонки.

– Ну смотри, Рома, пожалеешь ведь, – пригрозил Коротков, а Дуня случайно задела ногой пустую металлическую миску для собак. Та со звоном завертелась и затихла, а на улице творилось безумие.

Роман Леонидович отвлекся на шум, дернул головой. Но псы были начеку. И в эту же секунду в калитку вошли еще трое вооруженных парней.

Собачье рычание и лай вспороли тишину двора, смешались, слились со звуками выстрелов.

Дуня забилась в угол. Было дико страшно. И поделать девушка ничего не могла. Нет, когда все закончится, она обязательно попросит Анютку научить ее стрелять. Или Гошу попросит. Неважно. И драться научится. Пригодится ведь. Она ведь теперь Ирбис, должна, просто обязана уметь постоять за себя в такой вот ситуации.

В дом, пошатываясь, вошел Кузьмичев. Держась рукой, перепачканной красным, за дверной косяк, мужчина шумно выдохнул.