Охранник при виде начальства сразу вытянулся, отдавая честь, процедура до боли знакомая, приевшаяся…, но не сегодня, на этот раз охранник одной рукой отдавал честь, а в другой держал наган направленный на него.

— Ты…, ты это брось, — попятился Борис Александрович, и холодный страх окатил его от макушки до самых пяток, — убери оружие, я говорю.

Но вместо того, чтобы выполнить приказ, охранник сделал шаг назад, и поднял наган на уровень глаз.

— Сейчас выстрелит, — подумал майор и, качнувшись в сторону, выхватил свой пистолет. Грохнул выстрел. Охранник перестал отдавать честь и схватился за грудь, однако попытку выстрелить не прекращал.

— Брось! — Снова крикнул Малышев и выстрелил в охранника еще два раза.

Мысли заметались в голове, как могли допустить, чтобы на него устроили покушение прямо у здания НКВД? Предательство? И почему не отреагировал сопровождающий, он с ними заодно?

Борис затравленно обернулся, точно, заодно, тот стоял сзади и тоже целился в него из нагана, но он снова успел первым, еще два выстрела разорвали темноту улицы. А потом, двери распахнулись и оттуда выскочили еще двое с оружием.

— Вот почему, никто не спешил на помощь, — мелькнула мысль, — здание захватили враги."

"Тут Малышеву стало не до рассуждений, он кинулся в сторону от входа и снова произвел два выстрела, больше не смог, закончились патроны, он протянул руку к кобуре, где была запасная обойма, но не успел, ответный выстрел оказался точным.

* * *— Мы стояли на посту, когда услышали на улице сначала один выстрел, потом еще два. — Отчитывался сержант начальнику четвертого отдела Бучинскому. — Мы привели оружие в боевое положение и поспешили на помощь.

— Кому на помощь? — Прорычал Михаил.

— Так у нас же еще один пост, внешний. — Побледнел сержант.

— По инструкции вы должны были занять оборону, а не помогать кому-то снаружи.

— Подожди, Миша, — вмешался Копов, — пусть говорит.

— Ну, так и говорю, — продолжил заикаться сержант, — пока до двери добежали, на улице еще два выстрела. Мы на крыльцо выскочили, а по нам сразу стрелять начали, в Жилкина попали…, я стал стрелять в ответ…, темно было, ничего не видно…, по вспышкам стрелял.

— По вспышкам он стрелял, — принялся ворчать Бучинский, — по начальнику управления НКВД ты стрелял, и попал. Сколько всего было выстрелов на улице?

— Пока мы были внутри — пять, а когда из здания выбежали еще два.

— Понятно. — Кивнул Копов. — Все? Увести арестованного.

— Как это, «увести»? — Вскинулся Бучинский, — да его прямо сейчас расстрелять надо.

— Подожди, поморщился его сослуживец, — и, дождавшись, когда за конвойным закрылась дверь, продолжил, — не торопись расстреливать.