Мне предложили занять место в кабинете рядом с врачом «Титана», чтобы не работать в раздевалке, но я отказалась сразу же, потому что… Ну, если кто-то из игроков придет туда, я не хочу снова пересекаться. Мне Максима на раскатке хватило, целый час потом руки дрожали.

– Аленушка, что у нас с Сергеевой? – спрашивает тренер.

– Руку обезболили, надо на рентген сходить, хотя я ставлю на растяжение, но на всякий случай.

– Играть сможет?

– Сказала, что да.

– А с тобой что? – спрашивает и прищуривается. – Все в порядке? Что за парень терся рядом на трибунах?

Ох… Все-то она замечает!

Мы хорошо общаемся с тренером, у нас довольно близкие отношения, но при девчонках не хочу ей рассказывать ничего, хотя она в курсе всего случившегося на сборах. Просто. Как-то к слову пришлось, открылась ей.

– Да никто, все хорошо, честно.

Ага, честно. Очень честная ты, Малышкина.

– Ну ладно, – она прищуривается. – Но если что – зови. Вдвоем справимся.

Киваю. Хорошо. Но, надеюсь, справляться ни с чем не придется.

Продолжаю готовить девчонок к игре, отвлекаюсь, готовлюсь тоже. Надеюсь, сегодня никому моя помощь не понадобится и все из них останутся невредимыми, а то у меня дома «Зорька» еще, там каждая вторая ко мне каждый день бегает…

Выходим. Нам тут не особенно рады, все болеют за команду своего города, это угнетает немного, но я уверена, что мы справимся!

И девчонки правда показывают класс, после первого периода уже выходят с одной шайбой, а в итоге выигрывают целых три – ноль!

Я так сильно заряжена эмоциями после этой игры, что готова лететь к родителям на крыльях этого счастья!

Завтра у нас тренировка, тренер напоминает, в какое время, и мы наконец-то расходимся. Все в гостиницу, а я – к своим! Очень рада, что никто не был против того, чтобы я поехала к родителям.

Набираю Сережку, как только выхожу из ледового, чтобы поболтать с ним по пути, но он не берет трубку. Видимо, все еще занят. Пишу ему, что освободилась, чтобы он перезвонил, как сможет, и лечу в сторону цветочного, чтобы порадовать маму, а потом уже пойду домой.

– Женский хоккей, серьезно? – слышу я снова тот самый ненавистный голос и машинально оборачиваюсь в сторону звука. Максим сидит на лавочке около ледового – и почему он не ушел домой? Я пытаюсь думать о том, что он оказался тут случайно, а не поджидал меня, иначе это просто какое-то маньячество уже.

Не отвечаю ничего Матвееву, иду дальше. Я, кажется, еще в первый раз дала понять, что в общении не заинтересована, неужели недостаточно ясно объяснила?

Но только вот ему, кажется, и правда ни черта не понятно, потому что он тут же встает и догоняет меня, идет рядом и дальше пытается завести диалог.

– Малышкина, ну чего ты дуешься? Мне за тебя всекли, считай ничья у нас.