– Как же я по вас скучала!

Мы обнялись все вместе, крепко, отчаянно, словно пытаясь наверстать все недели разлуки. Лорен пахла морской солью и экзотическими цветами, её волосы были светлее от южного солнца, а кожа приобрела золотистый загар.

– Боже, как ты похорошела, – прошептала я, отстраняясь и внимательно разглядывая дочь. – Замужество и путешествия явно пошли тебе на пользу.

– И как повзрослела, – добавила Амели, заметив что-то новое в выражении глаз сестры. – В тебе появилась какая-то… мягкость.

– Девочки, – сказала я, внезапно почувствовав острое желание побыть наедине с дочерьми, – пойдёмте в мою комнату. Нам нужно поговорить по душам, а здесь столько суеты…

– Отличная идея, – согласилась Лорен. И схватив нас за руки, потянула в дом. Поднявшись в мою спальню, дочери, как в детстве, забрались на большую кровать, устроившись по обе стороны от меня. Лорен поджала под себя ноги и обняла подушку, а Амели легла на бок, аккуратно расправив складки свадебного платья, и подперла голову рукой.

– А теперь рассказывай всё, – потребовала Амели. – И не пропускай подробности. Как острова? Как люди? Как Этьен в роли мужа?

Лорен засмеялась, и в её смехе звучала такая радость, что моё сердце запело.

– Острова невероятные, – начала она, и глаза её заблестели от воспоминаний. – Представьте белый песок, настолько мелкий и мягкий, что ходить по нему – как по шёлку. Вода такая прозрачная, что видно дно на глубине десяти футов. А цветы… Амели, там растут орхидеи размером с блюдце, и они пахнут ванилью!

– А Этьен? – с лукавой улыбкой спросила Амели.

– Этьен… – Лорен замолчала на мгновение, подбирая слова. – Он оказался ещё лучше, чем я думала. Терпеливый, внимательный, с прекрасным чувством юмора. И так заботлив… Когда я подвернула ногу на одной из прогулок, он три дня носил меня на руках, отказываясь позволить мне ходить.

– Романтично, – мечтательно вздохнула Амели.

– И… у меня есть для вас новость, – Лорен положила руку на свой живот и торжественно объявила: – Я жду ребёнка!

Мы с Амели одновременно ахнули, а затем буквально набросились на Лорен с объятиями и поцелуями.

– Когда? – спросила я, когда первые эмоции немного утихли.

– В марте, – ответила Лорен, сияя от счастья. – Этьен хочет быть рядом с лучшими лекарями столицы, поэтому мы остаёмся в его доме до родов. А потом… потом посмотрим.

– Это значит, что ты будешь жить почти рядом? – с надеждой спросила Амели.

– Да, по крайней мере, ближайший год, – кивнула Лорен. – И я так этому рада. Мне хочется, чтобы мой ребёнок рос рядом с семьёй.

– А мне хочется быть тётей, – воскликнула Амели. – Самой лучшей тётей в мире!

– Ей ты уже будешь, – улыбнулась я, глядя на обеих дочерей. – Как же я счастлива, что мы все снова вместе.