Гости стояли не группами, как полагается на балу, а образовали плотный круг в центре зала. Все говорили разом, их голоса сливались во взволнованный гул, но при этом были приглушёнными, полными напряжения и ожидания.

– Пропустите! – достаточно громко и властно сказал Хэмонд, и толпа почтительно расступилась перед нами, узнав в нём лейра Вайлиша.

И тогда я увидела свою дочь. Лорен стояла в самом центре этого круга любопытных зевак, гордо подняв голову, её изумрудное платье ярко выделялось на фоне тёмных нарядов окружающих. Лицо её было смертельно бледным, но глаза горели решимостью и гневом.

Напротив неё красный от ярости, стоял молодой мужчина и что-то злобно ей выговаривал.

– Лорен, нет! Не делай этого! – послышался отчаянный голос Роберта, но было уже слишком поздно."

"– Лейр Дариус Фелд, за оскорбления, нанесённые мне и моей семье, за слова, недостойные джентльмена и оскорбительные для любой благородной дамы, я вызываю вас на дуэль. Выбирайте оружие и секундантов.

– Боже всемогущий… – потрясенно выдохнул Хэмонд и, наклонившись ко мне, он едва слышно прошептал, – плохо… очень плохо. За дуэли в Сольтерре казнят.

Обеих участников. Без исключений.

И мир вокруг меня словно покачнулся. Моя дочь, моя гордая, храбрая Лорен только что подписала себе смертный приговор.

Глава 22

В зале воцарилась мёртвая тишина, которая казалась оглушительной после гула голосов. Дариус же, злобно усмехаясь и явно наслаждаясь моментом, открыл было рот, чтобы ответить. Но его взгляд упал на короля, появившегося в зале, и выражение лица мужчины резко изменилось. Он медленно выпрямился, его пьяная самоуверенность начала таять, и я видела, как Дариус сглатывает, пытаясь собраться с мыслями.

– Я… – начал он, заметно трезвея, – я чту законы нашего королевства, лейна. Дуэли запрещены Его Величеством, и я, как верный подданный, не могу нарушить королевскую волю.

По залу тотчас прокатился удивлённый шёпот. Многие ожидали, что Дариус примет вызов, несмотря на закон.

– Трус, – кто-то отчётливо произнёс из толпы, но говоривший тут же затерялся среди гостей.

– Прячется за королевскими указами, – донёсся ещё один голос.

– Тише! – зашикала на них пожилая дама. – Король рядом!

В этот момент из толпы вышел высокий мужчина с седеющими висками и холодными серыми глазами.

Богатые одежды тёмно-зелёного цвета с золотой вышивкой говорили о его высоком положении. А на пальце блестела массивная печатка с гербом.

– Граф Освальд Фелд, – едва слышно произнёс Хэмонд, наклонившись ко мне. – Отец Дариуса. Между нашими семьями старая вражда. Прости, я не могу открыто вмешаться – это только усугубит положение Лорен.

– Ваше Величество, – произнёс граф, отвешивая формальный поклон. – Я требую официального разбирательства.