Швырнул мяч Лабичу, тот катнул Бураку, краек побежал вперед, но на него вышли двое, зажали. Подбежал опорник, отнял мяч и устремился на наши ворота. Пас форварду, пас обратно, пас на фланг. Снова удар!
Отбил!
Да что такое? Я напихал защите, обложил их с головы до ног и закончил:
— Да блин, мы и так проигрываем — вам мало? Могло бы быть уже 3:0! Домой вернемся — что народ скажет?
Мужики не огрызались, понимали, только Матвеич косился с недовольством, что его, матерого волчару, учит какая-то футбольная личинка.
А на поле — сплошное желтое и черное. Их больше, что ли? Все время двое «нефтяников» на одного нашего при приеме мяча.
Удар! Я прыгнул и чуть не дотянулся.
И снова в створ. Повезло. С рук я тут же подал мяч за центральную линию, Клыку — авось зацепятся. Авось продержатся…
Фиг вам! То есть нам. Сразу отняли. Наши большие на их фоне какие-то неповоротливые, медленные. Даже Погосян с его стартовой — медленный. И все взмыленные, пот льет градом.
Снова удар, и опять в створ.
Кидаю мяч на край, слежу.
Бросив свое место, наш Бурак понесся вперед. Ну а что? Есть свободная зона — беги! И добежал же до лицевой, и даже пас попытался вымучить из последних сил. Пас не вышел.
Зато вышел угловой.
Во-во-во! Вперед! Насытить штрафную нашими высокими! Все вперед! Ну? Лабич! Рябов… Столб наш понесся в атаку — пер, как как шар боулинга, а «нефтяники» от него кеглями разлетались.
Но как же долго он готовится к удару! Как присматривается, поправляет мяч, кивает арбитру, что мол не нарочно затягивает.
Разбег… А-а-а! Молодцы какие! Не удар, а пас открывшемуся Погосяну. И уже Мика, когда рассыпалась оборона, когда все кинулись — навес в центр штрафной. Четко на точку пенальти. А кто это там? Жека! Ай, молодец!
Удар! Гол! Все четко. Все в касание!
Трибуны возмущенно засвистели, а наши набежали на Жеку и образовали кучу-малу. О, как же хотелось разделить с ними радость!
1:1, но облегчения нет, ведь преимущество все равно у них.
Но все же — сравняли ведь счет, смогли же раз!
Погода и на меня влияла, грядущий дождь гасил мой внутренний огонь, и ноги казались мягкими, пластилиновыми.
Прозвучал свисток, знаменующий конец первого тайма.
Ну наконец-то! Нам жизненно важно отдышаться.
В раздевалке Сан Саныч внимательно вглядывался в наши лица.


















Комментарии
Добавить комментарий