Казалось, воздух загустел, и преодолевать его стало чертовки трудно. Патологоанатом отодвинул простыню, и я с трудом сдержал желание отвернуться. Смерть этого парня была ужасной, кости лица деформировались, нос был размозжен.

Я помотал головой.

— Неузнаваем. Откройте, пожалуйста, все тело.

В конце концов, я много раз видел Микроба в раздевалке и не ошибусь.

Простыня соскользнула полностью…

— Не он! — радостно воскликнул я. — Федор гораздо худее и не так волосат! Да и мельче.

— Слава богу! — выдохнула Семерка.

Я обернулся к ней.

— Спасибо!

— По крайней мере он не мертв, — улыбнулась она.

 — Дальше сам ищи.

Мы обнялись, вышли и распрощались. Семерка уехала, а я уселся в парке напротив Диониса, кормящего вакханок виноградом, набрал Димидко, выслушал его недовольство нашим поведением и отчитался, что милицию пока тревожить не надо: среди мертвых Федора нет.

— Молодец, — процедил Сан Саныч, — а о твоем загоне мы завтра поговорим.

— Вы куда обращались, чтобы не делать одну и ту же работу?

— Ментов теребили. Сейчас по больницам звоним. Хотеева нигде не было!

А меня вдруг осенило.

Если у Микроба и правда вчера случилось что-то такое, из-за чего он решил суициднуть, он в дурдоме — такие пациенты обычно содержатся там. Если их спасают, конечно.

Распрощавшись с Димидко, я собрался звонить в психдиспансер, как телефон запиликал прямо у меня в руке. На экране высветилось: «Микроб».

Ну стервец, закопаю! Я его уже похоронить успел и оплакать, а он, наверное, дрых промеж буферов какой-то дамы. Ответил я незамедлительно. Незнакомый голос подростка сказал:

— Здравствуйте. Я нашел этот телефон, он был разряжен.

Зарядил и хочу найти владельца. Вы первый в списке контактов…

— Спасибо. Это телефон моего друга. Где ты его нашел?

— На дороге возле Успенского собора.

В телефоне Микроба может быть ответ, что с ним стало, потому я сказал:

— Сколько тебе лет? Ты где находишься? Можешь привезти телефон к Первой городской больнице? Такси туда и обратно я оплачу.

— Мне четырнадцать, я — Кирилл. Да, привезу, я недалеко.

— Спасибо, Кирилл, жду тебя.

Собор — в нескольких километрах от бара, где мы пили. Что понесло туда Микроба? Вряд ли он решил покаяться или исповедаться.

Там поблизости и увеселительных заведение нет, холм, на котором красивая церковь, ночью будто парящая в голубоватом свете, дорога, мост…

Мост, твою мать! Неужели этот придурок сиганул в реку? Вода-то там ледяная. Если так, вряд ли он выжил. Или выжил, одаренный все-таки. Дар не даст себя так просто погубить. Или не сигал он, а это все домыслы?

Итак, я хотел позвонить в дурку и сразу же набрал приемный покой. Ответили мне мгновенно бодрым девичьим голоском.