И даже наоборот, стал замечать, что в офисе мне работать даже сложнее, не хватало её рядом.

Но в один день Лариса решила влезть в стеклянный шкаф, пока я отлучился.

Я застал её удивлённой и сосредоточенной. В одной руке скрипка, в другой смычок. Губы поджаты, маленький нос с канапушками сморщен.

— Что это, папа? Это такая гитара?

— Нет, Лора, это скрипка. Тоже музыкальный инструмент.

— Ты умеешь играть?

— Умел. Может, и сейчас умею. Давно не играл, мог забыть.

— Как можно забыть что-то, что умеешь?

Лариса протянула мне скрипку и важным кивком велела играть. Потом, правда, всё же добавила снисходительное «пожалуйста».

Стоило мне коснуться смычком струн, глаза Ларисы вспыхнули. И вот ей четырнадцать, сцена перед нами залита ярким светом. София сидит рядом в жутком напряжении, но улыбается, поддерживая дочь. Ромка рядом с Настей — своей девушкой. Он учится в Ярославле, но не мог не приехать на первый концерт сестры.

Едва Лора касается струн, зал затихает. Тихая мелодия льётся плавно и нежно, перетекает из ноты в ноту.

Я вижу, с каким удовольствие она играет, насколько ей это нравится."

"Когда-то скрипка была моей тюрьмой. Я ненавидел инструмент, ненавидел музыку. Но вот как, оказывается, любовь всё меняет.

Я не скрипку ненавидел, я просто хотел, чтобы меня любили.

Может, мать по-своему и любила меня, наверное, когда-нибудь я даже смогу простить её.

София же научила меня любить. Научила принимать любовь. Показала, что это чувство важно и нужно в жизни. Можно достичь высот на ощущении боли, но на любви можно достичь и больших.

Я стал отцом непреднамеренно. Совсем не собирался заводить семью, думал, что так мне будет лучше. Но я ошибался.

Ничего хорошего в одиночестве нет. И мне очень повезло, что нашлась та, кто мне это показал.

Моя София, моя любовь.

Конец"