Я зачем-то полез в свалку кирпичей и досок, представил, где находился мой кабинет и пошёл туда, карабкаясь по кучам, состоящим из обломков стен и балок. Среди битых кирпичей я заметил уголок черного блокнота. Он оказался цел, только весь в толстом слое пыли. Амулет на месте. Как только на него попал луч солнца, он засверкал россыпью камней и настолько сильно стал к себе притягивать, сто противостоять этому было невозможно. Стоило коснуться амулета, как по телу разлились боль и онемение, в глазах потемнело, ноги подкосились, и я начал падать с кучи мусора на торчащую арматуру. В этот момент меня разбудила мама. После такого пробуждения люди обычно борятся с сердцебиением и частым дыханием, потом бегают с выпученными глазами, а я наоборот никак не мог собрать мысли в кучу.

— Саш, через десять минут выходим, ты готов? — спросил отец, застегивая на рукавах рубашки праздничные золотые запонки.

— Оп-па! — выронил я и кусок рулета упал с вилки обратно на тарелку. — А что у нас сегодня за праздник?

— Сань, ну ты чё? — развёл руками отец. — Сегодня день рождения у Виктора Сергеевича! Юбилей причём, семьдесят пять. Три четверти века как ни как.

— О, Боже, совсем вылетело из головы с этой суетой! — выпалил я, хлопнув себя ладонью по лбу. На самом деле я не то чтобы забыл, а просто не знал об этом. И поинтересоваться такими деталями не догадался. Надо бы теперь ещё и дни рождения всей семьи и окружения где-то откопать, чтобы снова не получилась такая оказия.

— Не переживай, вчера об этом никто не вспомнил, так что мы сейчас все вместе едем в торговый центр, в качестве подарка одеваем его как самого крутого щёголя, потом идём отмечать в ресторан.

— Охране по этому поводу звонил?

— Конечно, ты сомневался? — хмыкнул отец.

— Не то чтобы. И как они отреагировали на идею пойти в пятницу вечером в торговый центр, где хренова туча народу?

— Побурчали, но в итоге приняли к сведению. Ты главное амулет не забудь.

— Смеёшься? Я его с тех пор вообще не снимаю.

— Мальчики, вы собрались? — спросила мама. Они с Катей вышли из её комнаты наряженные, как на бал у императора. И когда они только успели так прибарахлиться? Я теперь понял, зачем приготовлены все эти чемоданы. Влезло бы ещё это всё в багажник, чтобы не пришлось на коленях везти. — Такси будет через пять минут, надо выдвигаться. А где Виктор Сергеевич?

Присно упомянутый юбиляр как раз вышел из своей комнаты. Его было не узнать — идеально выбрит, волосы особым образом уложены вместо седого хвоста, гордая осанка и на трость почти не опирается, элегантно переставляя её чисто для солидности. Вот только костюм на нём был старый, но это возможно сделано умышленно.

— А вот и наш именинник! — бодро сказал отец.