Было одно платье, которое она привезла-с собой из Америки, – «Просто на всякий случай, – как сказала тетя Илайа Мэй, – если тебя пригласят на бал!». Вирджиния понимала, что такая вероятность весьма мала, но в то же время не смогла удержаться от искушения купить этот действительно великолепный бальный туалет. И сегодня вечером она надела его!

Это было открытое бледно-золотистое платье, почти под цвет ее волос, с лифом, украшенным вышивкой мелкими золотинками, которые сверкали при малейшем движении. Короткие пышные рукава были выкроены из нежнейшего блестящего тюля. Широкий сверкающий пояс из золотых цехинов опоясывал ее тонкую талию, а оборки из тюля по подолу ее юбки при ходьбе волочились за ней, как небольшой шлейф.

Вирджиния расчесывала щеткой волосы, пока они не засверкали, а затем уложила их в простую, ею самой придуманную прическу. Она не возражала бы, если бы у нее оказалось под рукой бриллиантовое ожерелье, которое дополнило бы ее наряд, и не понимала, что глаза ее сверкают ярче любых драгоценностей. Тем не менее она погрешила бы против истины, если бы не признала, закончив, наконец, приготовления, что выглядит прекрасно.

Ее окружала атмосфера волнения, которая сама, казалось, излучала блеск и сияние. Вирджиния чувствовала себя так, будто наблюдает, как поднимается занавес на удивительном и волнующем представлении. Она испытывала то же самое захватывающее дух ощущение ожидания. Одеваясь, она размышляла над тем, где они будут обедать. Странно, что герцог увозит ее из дома. Вряд ли, конечно, они поедут на званый обед, где будут другие гости. Вирджиния почувствовала, как упало ее настроение при этой мысли. Затем она подумала: какое имеет значение, куда они поедут, если они будут вместе, если она снова увидит его?

Всю прошедшую неделю она думала о том, что их отношения не могут оставаться такими же, как прежде. Пришло время вернуться в Америку. Мисс Маршбанкс договорилась с родственниками, что переедет жить к ним, как только ей станет лучше. Это означало, что Вирджиния не сможет оставаться в замке наедине с герцогом. Хотя она и знала, что занимает ничтожное место на шкале общественной значимости, пребывание молодой женщины ее возраста, и пребывание постоянное, наедине с известным и женатым мужчиной вызовет, конечно, скандал.

Но, помимо этого, Вирджиния и сама понимала, что должна уехать, и, действительно, ее одежда была уже упакована в сундуки и коробки, с которыми она приехала из Америки. Вирджиния посмотрела на них сейчас, и у нее мелькнула мысль, что, возможно, после сегодняшнего вечера она сможет вновь распаковать их. Затем она решительно отвернулась и пошла вниз.

Вечер был теплым и безветренным, и, хотя накидка ей была не нужна, Вирджиния захватила с собой длинный блестящий шарф.