Некоторое время Сабрина медлила в нерешительности.

— Разумеется, я сожалею о случившемся. Я не хотела, чтобы у тебя были неприятности, но…

— Тебе не о чем сожалеть. Дженкинса давно пора было остановить.

Минуту Сабрина молчала.

— Нет, я жалею не о том, что ты подрался с Ллойдом, а о том, что ты сам чуть не пострадал. — Она замялась. — Я рада, что ты вернулся, — и вдруг тихо добавила: — И благодарна тебе за этот поступок. Спасибо.

Сабрина отвернулась и застыла, прислонившись к буфету. Слоан, уже успевший налить себе еще бренди, медленно потягивал его из бокала.

Шум шагов подсказал ему, что Сабрина ушла в спальню.

Когда он вошел следом, Сабрина уже лежала, укрывшись одеялом до подбородка. Слоан разделся и лег рядом, вознамерившись не обращать внимания на настроение Сабрины. Пусть отвернется, пусть станет неподатливой, как дерево, — не важно.

В следующий раз они увидятся не скоро.

К изумлению Слоана, Сабрина сама придвинулась к нему. Но окончательно он был ошеломлен, когда понял, что жена… обнажена.

Пораженный, он отпрянул с глубоким вздохом. Похоже, Сабрина и впрямь считала, что она в долгу перед ним.

На миг Слоаном овладело желание оттолкнуть ее.

Но это продолжалось всего один краткий миг.

Ее волосы касались его кожи, дразня и лаская. Сабрина покрывала легкими поцелуями его грудь, слегка касаясь ее кончиком языка, прижималась к нему всем гибким телом. Она осыпала поцелуями его плечи, живот… При каждом движении волосы Сабрины щекотали кожу, пальцы ласкали его, мягкие формы соблазнительно прижимались к сильным мышцам Слоана.

Она опускалась все ниже и ниже.

Внезапно она обхватила рукой его плоть, поглаживая и сжимая.

Поначалу она действовала робко, пожалуй, даже с любопытством…

Она коснулась губами его пупка, лизнула его языком.

Пальцы Слоана запутались в ее волосах. Его тело запульсировало от желания и предвкушения.

Сабрина опустилась еще ниже и принялась покрывать дразнящими поцелуями его подрагивающую плоть. Ласки превратились в восхитительную и невыносимую пытку. Приоткрыв рот, она обхватила его губами, и Слоан вздрогнул.

Оказалось, он не в состоянии долго терпеть столь изощренное удовольствие. Когда ощущения достигли пика, он вскрикнул, привлек жену к себе и завладел ее губами, а затем стремительным движением перекатился и прижал ее к матрасу.

Он целовал ее губы, втягивал в рот соски. Она продолжала поглаживать его обеими руками, легко скользя ими по плечам, спине.

Его губы путешествовали по ее телу так, как прежде делала она. Поцелуи прокладывали прямую тропу от ложбинки между грудями к пупку и треугольнику темных волос между бедер. Он старательно мучил ее языком, одновременно ощущая в себе прилив желания, растягивая сладкую пытку.