– Дорогая, давай попробуем так… Откинься на меня, – проговорил он так, будто слова давались ему с трудом.

Том притянул ее к себе, соединив их тела, словно ложки в ящике стола, положил ее верхнюю ногу на свою и, продолжая нежно ласкать ее лоно, устроился поудобнее.

– Господи! Столько ночей я о тебе мечтал… Даже не верится, что все это происходит наяву, что ты не прекрасный сон.

Головка его естества прошлась по нежным складкам, прежде чем снова оказаться у саднящего входа, но он вошел в нее всего на дюйм, давая возможность привыкнуть к его присутствию внутри. Тем временем его умелые руки не переставали ее ласкать, находя все новые чувствительные места, вызывая дрожь во всем теле. К тому моменту, когда он добрался туда, где их тела соединились, желание поглотило ее. Кассандра напряглась и затрепетала в его объятиях. Том ласкал ее нежные створки, проникая за них. Изнемогая от страсти, она попыталась прижаться теснее к дразнящим пальцам, следуя за каждой легкой лаской.

Том задыхался, опаляя горячим дыханием ее ухо, а она, почувствовав глубоко внутри твердую плоть, поняла, что своими телодвижениями полностью раскрылась для его проникновения. Со сводящим с ума мастерством Том массировал набухший бугорок, каким-то образом уловив нужный ритм. Разум Кассандры помутился, тело охватили восхитительные судороги, и ее закружило в пульсирующем урагане чувств. У Тома перехватило дыхание, затем он издал низкий горловой звук, похожий на тихое рычание, и внутри у нее взорвался горячий фонтан.

Потом они медленно приходили в себя, пока отголоски удовольствия продолжали пульсировать в их соединенной плоти. Кассандра со стоном вздыхала, в то время как его ладони медленно гладили ее расслабленные руки и ноги, потом призналась:

– Кажется, я все же начала тебя умолять, ближе к концу.

С тихим смешком Том прижался губами к ее шее и прошептал:

– Нет, милая, уверен: это был я.

Через откидные створки окон в вагон проникал дневной свет, в котором медленно растворялись ночные тени. Не вполне еще проснувшись, Том с легким удивлением обнаружил рядом спящую Кассандру, потом, приподнявшись на локте, подумал: «Вот я и женат». Это обстоятельство казалось настолько приятным и захватывающим, что он невольно заулыбался.

Его хрупкая и прекрасная жена выглядела как нимфа, погрузившаяся в сон в лесу. Разметавшиеся по подушке золотистые локоны делали ее похожей на сказочную принцессу. Ночью она все же улучила момент и надела сорочку, он даже не заметил этого, хотя всегда просыпался от малейшего шороха. Что ж, это неудивительно: крепкий сон вполне естественное явление после суматошного дня, за которым последовал волшебный вечер, подаривший ему совершенно невероятное наслаждение.