Он переоделся в светлый пиджак и брюки, темно-зеленую шелковую рубашку, а его волосы блестели после душа.

Когда они выехали за ворота, Лиз с интересом огляделась по сторонам. Херонсвуд располагался не в глуши. Тропинка, ведущая от ворот, скоро слилась с главной дорогой, и повсюду виднелись строения: другие дома, ферма, бензозаправка, начальная школа. Мимо них проехал красный автобус с надписью «Ковентри» на боку.

Бретт вел машину быстро и уверенно, и вскоре они подъехали к воротам. Это было старое здание, стены которого почти полностью скрывал плющ. Над величественной входной дверью красовалась большими позолоченными буквами надпись: «Гостиница». Единственной данью времени была заасфальтированная площадка для машин.

— Тут довольно вкусно кормят, — заметил Бретт. — Некоторые крупные фирмы «Ковентри» водят сюда своих особо важных клиентов.

Судя по тому, как официант встретил Бретта, Лиз поняла, что он сам был в числе этих важных клиентов. Их провели к столику у окна с видом на сад. Посетителей было немного — хорошо одетая пара средних лет и группа деловых людей, сидевшая за большим столом. Официант принес меню.

— Что вы посоветуете взять? — спросил Бретт.

— Радужную форель, сэр. Нечто особенное. Рекомендую.

Бретт взглянул на Лиз.

— Отлично, — сказала она.

— Дыню на закуску? Будете заказывать вино, шанди или пиво?

— Шанди, пожалуйста.

— Два шанди, — добавил Бретт.

Когда они остались одни, Бретт с одобрением посмотрел на Лиз:

— Девушка, которая может принять решение, даже если речь идет о побеге или о том, чтобы вылезти из окна. Кстати, вы не подумали, что балкон может рухнуть?

— Я об этом и не думала. Он казался таким прочным.

Бретт кивнул:

— Да, верно. Это не какой-нибудь уцененный дом.

— Он очень старый? — с интересом спросила Лиз.

— Херонсвуд? Его построили в начале прошлого века. Отец Джи Би купил его, когда начал зарабатывать большие деньги. Думаю, он хотел, чтобы дом переходил от отца к сыну. Но война этому помешала.

— Миссис Джексон сказала мне, что сын Джи Би не вернулся после войны. — Чтобы Бретт не обвинил экономку в излишней болтливости, Лиз добавила: — Я хотела немного узнать о семье.

— Конечно. Для этого мы и здесь, правда?

Однако, по-видимому, Бретт не спешил. За едой он коротко поведал ей, чем занимался Рокингтон, — строительство домов для густонаселенного Бирмингема.

— Чем вы занимаетесь в компании? — спросила Лиз.

— Моя формальная должность — генеральный директор. Но на самом деле работа растет вокруг меня, как новая кожа. Когда я закончил учебу, то появился в офисе Джи Би и спросил: «С чего мне начинать?»

— И с чего вы начали?

— Искал цемент, который Британская железная дорога пыталась незаконно перепродать.