Ведь я жила ради вас, пусть мои усилия будут не напрасны, — тихо прошептала я, надеясь, что мои слова будут новой мотивацией для Хенрика жить нормальной жизнью без тех средств, которые будут глушить его боль и чувство вины.

Хенрик заливался слезами больше ничего не говоря, а я продолжала стоять и ждать, когда он успокоится.

Магические огоньки, освещавшие зал, немного затухли, и в помещении стало ещё таинственней, как будто сама хозяйка таверны смотрела на нас с небес. Мне даже показалось, что кто-то погладил меня по голове. Оглянувшись, увидела, что маленькая форточка приоткрыта, и небольшой сквознячок покачивает занавески.

Маленькие лапки мурашек прошлись по спине. Я чувствовала, что со мной кто-то рядом. Какая-то неземная сила разлилась в воздухе, даря спокойствие и понимание, что я всё правильно делаю. От этого ощущения хотелось плакать, как будто любящий отец дал одобрение моим поступкам, похвалил меня и призвал помогать людям дальше.

27 глава

— Развёл я тут мокроту. Прости, внучка. — Наконец успокоился Хенрик и стал деловито убирать в шкафчик бутылки. — Бывало, мы с Ерсэль так же по ночам, после закрытия таверны болтали. Уютно, огоньки сверкают, дети спят наверху и мы, занимаясь уборкой, то дела обсуждали, то просто шутили друг с другом. — Хенрик тяжело вздохнул. — Кончились те времена. Теперь со мной либо ты, либо Агата, а там,глядишь, и Лука подрастёт. Или ты замуж выйдешь, будет твой муженёк ко мне захаживать.

Я вздрогнула, вспомнив холодный взгляд Дэйва. Даже не знаю, способен ли он опуститься до простого человека — хозяина таверны ради болтовни. Я смотрела на мечтающего Хенрика, и сожаление кольнуло в груди. Не люблю врать. Если бы не обещание, данное Агате, рассказала бы Хенрику без сомнений, что есть у меня муж, которому я совсем не нужна.

Я взяла стул, в который вцепилась, и поставила его на место. Затем, отодвинув в сторону мысли о браке, так как не хотела на ночь глядя вспоминать об ужасах, произошедших со мной при попадании в этот мир, а то ещё ночью приснится, подошла к очищающему артефакту, который уже потух и убрала его под прилавок. От рутинной работы я немного успокоилась и облегченно выдохнула, посмотрев, как Хенрик расставляет бутылки в баре.

Он стал строить планы. Значит, моя уловка подействовала.

— Всё у нас будет хорошо. Главное держаться друг за друга, помогать и защищать, — сказала я, то ли успокаивая себя, то ли подбадривая хозяина таверны.

Хенрик повернулся и, заглянув в мои глаза, похлопал меня по плечу.

— Я с тобой согласен, внучка. Хорошо, что ты приехала к нам.

Следующие два дня ничем не отличались от предыдущих. Я втянулась в график и стала привыкать к такой жизни. Хенрик в эти дни был трезв, когда мы встречались за завтраком, не хмурился и находился в хорошем настроении.