— Хорошо, как скажешь, — я соглашаюсь с ним, знаю, что сейчас он никого не захочет слушать, кроме самого себя.

Подхожу к сыну, протягивая к нему руки. Прикладываюсь губами ко лбу, оставляя короткие поцелуи на молочной коже.

— Я вас люблю, маленькая, — выпаливает как на духу. Паша редко говорит о своих чувствах, но мне достаточно его действий.

— И мы тебя, — улыбаюсь.

— Я самый счастливый, — подходит ближе.

— Это точно! — киваю.

"— Не знаю, как ты меня терпишь.

— Я не терплю, а люблю! — накрываю губы мужа, но Степка требует к себе внимание.

Смеюсь, а Паша прижимает нас к себе. Мой самый дорогой, сильный мужчина, который не сдался и сделал все возможное и невозможное, чтобы мы стали семьей.

Конец!"