И что-то мне подсказывает, что Кэти, с ее внешностью и характером, суждено на жизненном пути встречать только и исключительно этих самых «других».

ГЛАВА 3

Внутренние часы уже не просто стучали — гремели набатом, неумолимо отсчитывая последние стремительно убегающие минуты моей относительно спокойной жизни. Я почти перестала слушать Мори — ее голос назойливым комариным писком затерялся где-то вдали. Сглотнула пересохшим горлом и, чтобы хоть как-то унять нарастающее снежным комом напряжение, стала повторять про себя незатейливую мантру: «Все будет хорошо! Все обязательно будет хорошо! Все бу…»

Ведь чувствовала. Знала. Ждала. И все равно оказалась не готова к по-хозяйски решительным, громким ударам в дверь. Мори охнула, выронила из задрожавших пальцев расческу и быстрой тенью метнулась к двери.

— Саэр Ритан Эктар желает видеть воспитанницу рода Кателлину Эктар. Немедленно! — ровный мужской голос будто вбивал резкие, острые, как гвозди, слова в крышку моего гроба.

Поежилась. Что за сравнения на ум приходят? И настрой неправильный создают. Надо собраться, не думать о плохом, вообще ни о чем не думать, все — потом. Когда наступит время собирать камни. А сейчас — идти, куда поведут, наблюдать и стараться не допускать ошибок. Все-таки это в некотором смысле мой дебют перед многочисленными зрителями. Вот так и нужно себя ощущать: отстранившись от ситуации, просто играть заданную роль. И будет мне… ну, если не счастье и успех, — в данной ситуации подобного ожидать трудно, то по крайней мере признание, а это уже кое-что.

Ладно. «Не зарвемся, так прорвемся. Будем живы — не помрем».

Пока я разбиралась с собой, успокаиваясь и ловя нужное настроение, служанка заполошно металась по комнате, не зная, за что ухватиться. К тому моменту, как появился посланный за провинившейся воспитанницей эскорт, я едва успела высушить волосы, одеться и приступить с помощью все той же Мори к созданию сложной, затейливой прически. Но приказ «немедленно» не допускал разночтений, так что работу над шедевром парикмахерского искусства пришлось отложить. По моей просьбе Мори быстро подняла волосы наверх, незамысловато собрав и сколов их в некое подобие «узла смирения», — лишь бы держалось.

О том чтобы перекусить, хотя бы на скорую руку, речи уже не шло. Кинула тоскливый взгляд на накрытый к завтраку столик. Аппетит в стрессовых ситуациях у меня обычно пропадал напрочь, но выпить горячего чая или чего-нибудь подобного очень хотелось. Не знаю, было ли это результатом действия отвара корня линиха, сильного волнения или по другой причине, но горло просто судорогой сводило от страшной сухости. Однако времени на то, чтобы сделать хотя бы пару глотков воды, мне никто давать не собирался.