— Но что я могу сделать? Спасти вас не способен никто. Облегчить участь — только сиятельный саэр Крэаз. Надеюсь, вы не ждете от меня чего-то сверхъестественного? Положение ужасно, и сами ведь это понимаете.

Ничего я не понимаю, — хотя и догадываюсь, к сожалению.

— Я ничего не требую, но даже малость в моем положении, — еще бы понять в каком, — значит очень много.

— Так чего же вы все-таки хотите, сирра Кателлина?

— Пусть все окружающие думают, что у меня плохо не только с речью, но и с памятью, — выпалила я. И торопливо добавила: — Так, ничего серьезного, временное помутнение и небольшие провалы, вызванные… Думаю, такому опытному целителю будет несложно придумать, чем это может быть вызвано… — И пока легкая тень подозрения в его глазах не переросла в нечто большее, постаралась объяснить: — Альфииса от меня слишком многого требует. Если бы она поверила, что под влиянием болезни я забыла о некоторых ее наставлениях, признательность моя была бы безграничной.

— А маленькая сирра не так проста и наивна, как казалась, — целитель понимающе усмехнулся, а у меня все внутри оборвалось: неужели переиграла?

Но лицо мэтра Циольфа оставалось спокойным. Успокоилась и я. Нет, обошлось.

— Хорошо, — решился наконец мужчина, и сердце наполнилось ликованием.

Получилось! Получилось! Пусть маленькая, но победа. Первая!

— Скажу, что вы утратили голос и заработали временное расстройство памяти из-за того, что по незнанию украли и выпили не чистый отвар корня линиха, а экспериментальный образец с добавлением некоторых других трав и нитей силы. Это, кстати, и с меня снимет все подозрения. Полностью и окончательно. Никому и в голову не придет, что я могу в своей лаборатории хоть что-то перепутать. А вот посторонний человек…

— Кстати, мэтр Циольф, — поспешила перебить, пока этот экспериментатор не надумал, какие еще бонусы можно извлечь из бедственного положения «маленькой сирры», — а вы не объясните, как я попала в вашу лабораторию? Мори вот-вот вернется, а у меня даже предположений пока нет, как это произошло.

* * *Но служанка не вернулась ни «вот-вот», ни когда все разумные сроки давно уже вышли. Минуты текли за минутами. Мы успели тщательно распределить роли в грядущем спектакле. Детально обсудили вероломство злокозненной сирры Кателлины, которая хитростью втерлась в доверие к простодушному целителю и хладнокровно обокрала этого добряка при первой же возможности, тем самым подставив под удар. Вот уже Циольф стал удивленно поглядывать на дверь. А Мори по-прежнему не было.

В конце концов, когда все было уже не один раз оговорено и беседа потихоньку иссякла, сменившись напряженно-выжидательным молчанием, за дверью раздались торопливые шаги, и в комнату даже не вбежала, а практически ворвалась Мори.