«Национальное достояние», чьей судьбой были заняты лучшие люди города и самый крупный издатель страны, совсем выбилась из сил. Дорога шла вроде бы ровно, но как будто вверх, и Маня крутила педали всё с бо2льшим трудом.

От Волькиного рюкзака ей было жарко, пёс горячо дышал ей в лицо, она пыталась отворачиваться, но ничего не получалось. И коленка, травмированная в прошлом году, когда Маня свалилась с лестницы, болела всё сильнее.

Её даже подташнивало слегка.

И страшно было – за Лёлю!

Куда её черт понёс, зачем она села в машину к леснику?! Почему оставила телефон?! Или он уволок её силой? Но тогда она должна была кричать и звать на помощь, а продавщица из Бушмино сказала, что «блондиночка» просто сидела рядом, выскочить не пыталась.

Непривычные мышцы отказывались служить, повторять постоянно одно и тоже движение, но Маня заставляла их работать. И коленка болела уже почти невыносимо.

…Ну, ещё! Ещё разок! И ещё! И раз! И два!

Вот наконец и поворот на Тургиново. Асфальт здесь был похуже, приходилось объезжать лужи и ямы.

И р-р-раз! И два! И ещё разок!..

Лес, вплотную приближавшийся к дороге, расступился, открылась полянка, заросшая молодой травой. На полянке, почти у самого леса, стояла длинная бревенчатая изба или сарай без окон и с визгом работал какой-то механизм.

Вж-ж-ж! Уиз-ж-ж-ж!..

Маня догадалась, что это, должно быть, и есть лесопилка, и свернула на тропу.

Остро запахло свежей стружкой и бензином.

Около избы или сарая стоял тот самый джип, на котором лесной человек подвозил Маню, пила визжала всё громче.

…Вдруг он убил Лёлю и теперь распиливает её на части, с ужасом подумала Маня. Вдруг опоздала, не спасла?!

Она соскочила с велосипеда, но идти не смогла: ноги подкосились. Она плюхнулась на колени в мягкую мокрую траву, попыталась подняться и заплакала от боли и бессилия. Волька старался выбраться из рюкзака, бился и рвался.

Визг вдруг стих.

– Ты откуда?! – И над ней навис человек в камуфляже. – Давай, давай, вставай!

И принялся тянуть её за руку.

Маня вырвалась и отползла на четвереньках.

– Где Лёля?! – завопила она. – Что вы с ней сделали?!

– Да поднимайся, чего ты ползаешь?!

– Где Лёля?!

– Манечка, я здесь! Что с тобой, Манечка?!

Маня села и посмотрела вверх.

Лёля наклонилась над ней, как над упавшим ребёнком, протягивала руки. Лесник стоял в некотором отдалении и таращил глаза.

– С тобой ничего не случилось? – спросила Маня у подруги. – Ты не пропала?

Теперь Лёля стала тянуть её за руку.

– Ничего не случилось, что ты? Ты откуда взялась, Манечка?

Маня оттолкнула подругу, перекатилась на колени и страшно неловко, унизительно, задницей вверх наконец поднялась.