"

"У фигуры богини собрались фанатики. Те, кому и светлый праздник нипочем. На коленях отбивали поклоны и бормотали, молясь истово. Горели свечи, озаряя строгие и справедливые лики святых, амвон украсился еловым лапником, перевитым бархатными лентами. На каждой ленте вышиты золотом тексты молитв.

Вокруг взволнованные и торжественные лица. И Мариаль пришла, и Риарили. И соседи по дому тут же. Знакомые и незнакомцы поздравляли, угощали и дарили фонарики.

Люнечка оробела от повышенного внимания, зажав в обоих кулачках надкусанные лепешки.

Вдруг на хорах запели, и гул в храме стих. Вступил звонкий чистый альт, за ним подхватили другие голоса - щемяще, напевно.

Молитва воспарила над головами и, поднявшись к сводам, потекла чарующе.

Пришедшие внимали завороженно неземному пению, а Люнечка, к тому же, с открытым ртом.

- Мам, это принцесса пела, да? - спросила она благоговейно, когда утихла последняя нота, и слушатели выдохнули в едином порыве.

- Самая настоящая, - подтвердила Айями, помогая дочке натянуть варежки.

Амидарейцы расходились по домам группками и поодиночке. А поодаль в стороне расположились даганские машины, и военные при оружии прохаживались, посматривая на горожан.

И патрули попадались на каждом шагу. Останавливали и проверяли документы.

Возможно, и Веч находился среди любопытствующих. Или руководил из кабинета и принимал рапорты по телефону. Айями оглядывалась, выискивая господина подполковника. В проулке, возле машины, привиделась знакомая фигура, но, прищурившись, Айями поняла - это обман зрения.

_____________________________

Ойрен* - слабоалкогольный шипучий напиток, похожий на квас

Chumish, чумиш* - ложка с длинной тонкой ручкой и глубоким черпалом

Мехрем* - содержанка, проститутка

Humbar, хумбар* - глиняный кувшин в Даганнии

Echir, эчир* - покровитель

Bohor*, бохор - драка, потасовка.

Жарг. - мочилка, буча, схлёст.

35

Тяни, не тяни, а придется начать щекотливый разговор. Но сначала нужно подготовиться. С особой тщательностью подойти к своему облику. И улыбаться обворожительно. Проявить смелость, взъерошив жесткий ершик угольных волос, пока покровитель расслаблен и не поднялся с тахты. И выбрать подходящий момент, когда мужчина доволен и сыт во всех смыслах.

- Я знаю, что для вас... для тебя нет ничего невозможного, - сказала Айями смущенно.

- И хотела бы попросить...

Маленькая лесть пополнила копилку хорошего настроения Веча.

- О чем? - отозвался он великодушно.

- Понимаете, Люнечка... дочка... досталась мне тяжело. Едва не погибла, родившись. Зоимэль сказала, что моя конституция осложнила появление дочки на свет. Да и у меня возникли трудности со здоровьем.

Айями заранее заготовила нужные фразы и избегала слов ""роды"", ""беременность"", всё-таки неловко говорить об этом с мужчиной. И не замечала, что мнет пальцы, нервничая.