Я успел дернуться, прикрыл одно ухо. Черт! Неужели порвал барабанную перепонку!? В левом ухе зазвенело, и возникла боль, как будто в слуховой проход загнали стальную отвертку.

Нет, падла, ты меня так легко не одолеешь! Оставь для других тюремные приемчики. Я схватил его шею в захват. Сжал со всей дури – казалось, я схватил цыпленка, настолько тонкая шея у Чеса. Он попытался меня еще раз ударить по ушам, но я дернул его на себя и смачно ударил коленом.

Хорошо ударил, в пах.

– Ох, тля!!! – завыл Чес от боли. Значит достал. Теперь он будет постоянным клиентом уролога. Крыса, опасливо пытался спрятать переломанную конечность от нашего суматошного топтания. Пролетело секунд десять, что-то продолжал нам орать Дельный. Это замечательно, чуть ли не впервые он выбрался из кокона спокойствия. Покричал на Чеса еще возле «разрядки», на колхозе, нервничал при отговаривании на блокпосте. Именно там, ключевой перелом, после которого мы зависли на Ферме и потеряли время.

Чес дернулся, попытался выхватить нож, но я это предвидел. Конечно, настоящий пацан всегда имеет острый нож! Я, не выпуская урку из захвата, крутанул его, стараясь расшатать. Крыса заорал, как пожарная сирена. Мы ему наступили на покалеченную ногу. Прости, солдат, терпи боец. Если не получится у меня выполнить план, то будем гнить вместе с Семеном Электриком.

Я, пятясь назад, потащил за собой Чеса. Он упирался, как бычок на привязи, пытался вырваться. Еще миг, и он достанет нож! Я опять залепил коленом, попал в живот и со всех сил отшвырнул его в сторону. Страх получить десять сантиметров стали в сердце придал силу и скорость. Организм истерил, осознавая, что натворил мозг, и теперь пытался выжить.

Масса тела имеет значение, и Чес кубарем покатился в зловонную лужу позади столба. Крыса орал, Дельный уже почти добрался до нас. Вот хитрый жучина. Хотел бы, за секунду преодолел короткое расстояние, но нет, он вычисляет. Что ж лучше для него.

Я ринулся за уркой, поднимая брызги воды. Он, еще в падении, выхватил стальное жало и на слепо им махнул. Почти попал. Я разминулся на несколько сантиметров. Чес, подняв еще больше брызг, плюхнулся в лужу. Эх, забрать бы нож да прирезать щуплого урода! Нет, не судьба, и я от греха подальше, просто ударил берцем по его руке.

Попал. Нож серебристой рыбкой блеснул в тусклом свете костра и улетел под воду.

– Я тебя, мразь, на костре жечь буду! – пообещал Чес, поднимаясь на ноги.

Нет, это он пусть для других оставит дурные идеи и благородные схватки. Я же с ним буду поступать, как он со мной. Не дать ему встать! Удар правой, удар левой рукой. Чес уклонился, ужом попытался выскочить из-под ударов, но не успевал. Я молотил его как грушу в последние десять секунд работы. Без цели, суматошно, но частил, как вентилятор.