Именно его усилиями мои земли были очищены от воронья, как он называл слетевшихся родственничков, пока я страдал от отравления в своей спальне и не мог ничего сделать… Какие там приказы, если тебя рвет, и половину вехи ты проводишь в бессознательном состоянии.

— И до самого приезда королевского посланника он не только держал оборону, но и сделал все, чтобы меня выходить. Тогда он потерял больше половины своих людей. Лэдор Зларийский не был крупным игроком на королевской арене, и земель у него было не так уж много. Я для его дочери был очень выгодной партией. И он никогда не скрывал ни своих намерений в отношении меня и своей дочери, ни того, для чего вмешался в борьбу за малолетнего лэдора и в итоге добился опекунства надо мной. Семьей мы не стали, хотя некую привязанность я к нему питал. К его чести, он не пытался сделать из меня марионетку… А Эредика… За ход до нашей свадьбы она влюбилась.

— Я не стану углубляться, но мы с ней не смогли построить семью. Да, мы родили детей. Но наши ночи были для нее повинностью, которую она несла. Эредика не выносила моего общества в другое время суток, и я старался реже показываться ей на глаза. Именно тогда я нашел отдушину — изучение истории и магии. Поверь, девочка, нет ничего страшнее для мужчины, который, будучи влюблен в женщину, вынужден терпеть ее равнодушие, брезгливость, мириться с холодностью, а также понимать, что ничего изменить не в силах. Я был обязан ее отцу. Она же не могла ослушаться его воли. Но ни простить и его, и меня, ни пойти дальше договорного брака Эредика не сумела. И сделала все, чтобы наши дети буквально впитали ее ненависть ко мне."

"— Отчасти я сам виноват в этом, слишком долго шел на поводу эгоистичных желаний супруги, а потом… Потом во мне словно что-то умерло, и я еще больше погрузился в исследования, путешествия, а затем и в работу на корону, обучая юных и не очень юных одаренных. К тому моменту я давно наладил и быт, и благосостояние своих земель, часть дел передал подросшим сыновьям, чье обучение курировал через верных мне людей. Близости — той, что присуща детям и родителям — между нами никогда не было и уже никогда не будет. Момент был упущен мной, и я это осознаю.

— И ты права, девочка, говоря, что, встретив тебя, я воспрянул. Что во мне ожило то, что должно было навсегда умереть. Я ехал в герцогство Дарремское с мыслью, что это мое последнее задание, которое я выполню для своего короля. Не оттого, что больше не желал ему служить, нет, я просто уже не хотел жить. Я не знал, с чем именно столкнусь. И точно не представлял, что, встретив Вас, герцогиня, увижу себя — того двенадцатиходного мальчика, искавшего защиту, тепло и семью в человеке, который преследовал только свои цели.