Что-то раздраженно говорила немолодая медсестра.

Это чья-то ежедневная жизнь. Это чья-то ежедневная работа.

Гуля резко отвернулась и увидела Вадима. Он тоже заметил ее и стал пробираться к ней, обходя людей. А Гульнара не отводила от него взгляда."

"А когда он подошел, поняла, как Вадим вдруг изменился. Яркий улыбчивый блондин с голубыми глазами, правильными чертами лица и короткой аккуратной стрижкой куда-то делся. Нет, все было на месте — и светлые короткие волосы, и голубые глаза, и черты лица — все было на месте. Но перед Гулей стоял крупный мужчина в темно-синем медицинском костюме, с совершенно незнакомым лицом. Глубокие складки от крыльев носа к уголкам сжатых губ, темные тени под глазами, резко очертившиеся скулы.

Все… все настолько плохо?! Или ты просто так устал? Только сейчас Гульнара в полной мере осознала слова Вадима о том, что он только что из операционной. Сколько ты провел там времени? Сколько ты потратил сил, чтобы сделать то, что ты сделал? Чтобы спасти моему мужу ногу? До этого момента Вадим был для Гульнары только другом мужа. А теперь она точно поняла, что этот человек многое значит и для нее лично.

Гуля резко опустила взгляд на руки Вадима. Большие, натруженные, с выступившими венам. Эти руки сегодня сделали что-то очень важное, вдруг поняла Гульнара. Наверное, она качнулась к Вадиму или сделала еще какое-то движение — но Вадим вдруг спрятал руки на спину.

— Не вздумай.

Гульнара всхлипнула. Вадим снова тяжело вздохнул — и раскинул руки. Гуля без промедления бросилась к нему и прижалась, чувствуя, как эти спасительные руки гладят ее по голове. На темно-синей ткани медицинской рубашки стало расплываться темное пятно, но слезами в этом месте никого не удивить.

— Ну, прости меня, — выдохнул ей куда-то на ухо Вадим. — Не умею я ничего нормально сообщать. У меня по этике и деонтологии кол с минусом. Гуль, ну не реви. Булат меня прибьет, если ты будешь плакать. Давай, доставай платок, сморкайся и вытирай слезы. С Булатом все в порядке.

Гуля шумно выдохнула и разжала руки. Отступила.

— Правда?

— Клянусь.

Гульнара выудила из сумочки упаковку бумажных платочков и воспользовалась советом Вадима. А потом еще раз выдохнула.

— Рассказывай. Все.

— Все самое главное я тебе рассказал.

— Теперь рассказывай не главное.

Вадим хмыкнул и взял Гульнару под локоть.

— Давай отойдем с прохода.

Они устроились в нише у окна.

— Ну, смотри. По ноге. Перелом сложный, оскольчатый. Но привезли быстро, на стол положили быстро, так что все должно быть нормально. С вероятностью девяносто девять процентов с ногой все будет в порядке.

— Почему не сто процентов?

— Потому что мы не боги.

— Поняла, — вздохнула Гульнара.