Несколько дней Джимс обдумывал это предложение, советовался с Пэтси, а категорический отказ брата встречал в штыки. Он стал уговаривать Пэтси поехать с ним с напором атакующего танка и безапелляционностью провинциала. Он с легкостью разрушал, а если ему это не удавалось, то просто отметал все доводы, приводимые против поездки. Лондон стал у него навязчивым бредом. Все разговоры С ним, с чего бы они ни начинались, заканчивались одним и тем же — расхваливанием предстоящего путешествия. Подобные атаки могли разрушить даже боЯ?е мощную крепость, чем Пэтси.

Удивительно ли, 9то после долгих уговоров тот все-таки согласился. В тот же день Джимс отправил Джастине телеграмму, что они с Пэтси приедут через несколько дней.

Для них это было огромное событие. Не только поездка в большой город, но и поездка на другой континент. А тем более, к племяннице, которую они оба очень любили и очень давно не видели.

Через две недели, получив от Джастины телеграмму, что они с Лионом вернулись в Лондон и с нетерпением ждут их приезда, Джимс и Пэтси отправились в Сидней, чтобы оттуда самолетом прямиком лететь в Лондон.

Погода стояла великолепная, и через несколько часов они уже приземлились в лондонском «Хитроу», где их встретил в сверкающем лимузине верный Фрэнк.

* * *

Сказать, что Джимс и Пэтси волновались, пока добирались до особняка, значит, не сказать ничего. Обоих буквально трясло от волнения и, тем не менее, вскоре Джимс забыл о душевном трепете, рассматривая сквозь толстые стекла лимузина огни Большого Города. Пэтси, напротив, вдруг помрачнел. Джимс беспрестанно крутил головой, что выглядело довольно забавно.

Пэтси же был полностью погружен в себя, его плохое настроение имело под собой вполне реальную, жесткую почву. Он не горел большим желанием выбираться куда-то из Дрохеды, а предпринял эту поездку лишь потому, что Джимс постоянно давил на него и не отстал, пока брат не согласился ехать. Ведь всем было известно, что один без другого они никуда. Но огни Лондона напомнили Пэтси о том, чего он был лишен. Их феерическое мелькание создавало ощущение праздника, которого этот почти пятидесятилетний мужчина попросту боялся.

Джастина встретила их у порога и просто повисла на каждом по очереди, при этом не переставая болтать. Она была весела и счастлива, так как они являлись для нее не просто родней, а кусочком ее детства. Кусочком Дрохеды.

— Проходите, Джимс, Пэтси. Я так рада, что вы приехали. И очень жаль, что мама не смогла приехать. Как там дела в имении? Как мама? Как бабушка? Я так по вас соскучилась."

"Она засыпала их вопросами, терпеливо выслушивая ответы и впитывая каждое их слово.