А сколько он уже потом тебе гадостей и угроз в интернете писал?

– Кого я грязью поливал? В каком интернете? Можно поподробней? – звучит тихий голос Воронцова с лестничной площадки.

Так неожиданно, что Ника дергается, как от удара хлыста. Переводит ошалелый взгляд на внезапно появившегося Дениса, бледнеет и замолкает.

– Что такое? Почему замолчала? – повторяет он вопрос, перешагивая через порог. Останавливается напротив Ники. И без того маленький коридор сужается до крохотных размеров. Даже мне становится неуютно от их перекрестных взглядов.

Воронцов насмешливо выгибает бровь и кривит губы в странной улыбке, больше похожей на оскал.

Я не знаю, разыгрывает ли он комедию или действительно чего-то не понимает, но хорошо помню эти угрозы, которые сыпались с новых, созданных им аккаунтов. Потому что основной он удалил сразу после нашего разрыва.

– Ну же, Ника? Когда я угрожал Яне? И почему я этого не помню? – давит он.

– Знаете что? – не выдерживает подруга. – Да вы друг друга стоите! Вот и разбирайтесь сами. Без меня!

Грубо толкает Дениса, распахивает дверь и вылетает в подъезд как ужаленная.

Я слышу торопливый звук шагов, хлопок подъездной двери и… тишину.

В квартире еще стоит шлейф ее духов, отчего по-прежнему кажется, что мы не одни. Но дышать все равно становится легче.

Меня окутывает растерянность от действий подруги. Что это было вообще?

– Держи, – протягивает Воронцов пакет с лекарствами как ни в чем не бывало. – Тут за углом, оказывается, открылась новая круглосуточная аптека. Поэтому я так быстро.

– Спасибо, – отвечаю на автомате, все еще находясь в прострации.

Забираю из его рук пакет и медленно бреду на кухню. В голове продолжают крутиться назойливые мысли. О нашем совместном прошлом, о странной реакции Ники на слова Воронцова, о том, что сейчас, по прошествии стольких лет, на те события смотришь совсем другим взглядом. Трезвым, анализирующим, без эмоций. И многое начинает выпадать из логической цепочки.

Например, неожиданное бегство той, которая раньше ногтями готова была впиться в лицо своего противника. Тем более после провокационного вопроса.

– Как ты себя чувствуешь? – вздрагиваю от голоса Дениса, который вибрирующими нотками проходит по моим нервам.

Я даже не заметила, что он шел за мной следом и сейчас почти вплотную стоит у меня за спиной.

– Хорошо. Горло немного начинает болеть.

– Чай с медом и в постель. Завтра куплю малину.

Я оставляю его комментарий без ответа, меланхолично выкладывая лекарства на стол. А после убираю их в подвесной шкаф. Подальше от детских глаз.

Я не хочу сейчас спорить и убеждать Дениса, что при необходимости могу сама купить все.