Этот мерзавец мне даже заработную плату за прошлый месяц не удосужился выплатить.

Присев на постель, я уставилась в плотно занавешенное портьерами окно, за которым не было ничего, кроме темноты и холода. Моя ошибка — я позволяю себе забываться. Этот человек опасен. И я не должна об этом забывать. Не должна ни на мгновение. А сегодня… сегодня я об этом забыла.

Глава 16

Алина

— Держи, — Инна поставила передо мной чашку, наполненную ароматным кофе, и присела за стол рядом."

"— Спасибо, — посмотрела на подругу с благодарностью и сделала большой глоток.

Едва не застонала от блаженства. Что ни говори, что ни делай, а кофе — моя слабость.

Я ожидала, что во время беременности предпочтения мои хоть сколько-то изменятся, читала, что некоторые женщины в положении на дух запах кофе не переносят, но я странная беременная. Мало того, что у меня и токсикоза то практически не было, разве что подташнивало иногда, так еще ничего из ряда вон не хотелось. Кофе и что-нибудь сладенькое — это как было моей слабостью, так ею и осталось.

Олега я не видела после нашей ссоры вот уже несколько дней.

Уходил он на работу рано, приходил — так поздно, что я, как бы ни хотела, дождаться его возвращения была просто не в силах. Не то чтобы я очень хотела с ним поговорить, и всё же мне казалось, что разговор наш не окончен. Правда, по всей видимости, так считала только я, — не он.

— Ты сегодня весь день рассеянная, — констатировала Инна, пристально меня разглядывая.

Я мотнула головой и сделала еще один глоток.

После пар мы поехали к Инне. День катился к своему завершению, на улице быстро темнело. Я понимала, что нужно ехать домой… Но осознание, что снова окажусь там одна, заставляло меня упрямо сидеть на Инкиной кухне и пить уже вторую чашку кофе.

— Рассеянная, — выдохнула я.

— Что-то случилось между вами с Громовым?

— Не хочу о нем разговаривать, — вдруг совершенно четко осознала я. — Не хочу, Инн. Лучше ты мне расскажи что-нибудь.

— Что тебе рассказать? — удивилась подруга.

— Что-нибудь хорошее, — улыбнулась я. — Ведь есть в нашей жизни что-то хорошее.

Инка криво ухмыльнулась. Задумчиво повертела стоящую перед ней совсем полную чашку с чаем. А после встала и прошла к шкафу.

Вынула оттуда что-то и снова вернулась за стол. Я заметила в её руках небольшой футляр, отделанный синим бархатом.

— Вадим подарил, — сказала Инна, протянув его.

Я открыла и восхищенно ахнула. Безумно красивые сережки в форме полумесяцев, инкрустированные бриллиантами. А в том, что это не фианиты, я была уверена.

Глянула на подругу.

— Что-то ты не рада.

— А чего мне радоваться? — я вернула ей футляр. Она открыла его и как-то совсем безрадостно посмотрела на сережки.