Глаза в глаза и очень тихо: — Гостиная и камин.

— Камин, — повторила за ним эхом.

— Я принесу нам вишнёвый глинтвейн. И ягоды. Клубнику… — удерживая мою руку, поднёс к лицу, и я ощутила прикосновение жесткой щетины к еще влажной от его языка коже.

— А потом?"

"— А потом ты будешь убеждать меня в том, что мне действительно стоит помогать твоей подружке, — выпустил руку и, собрав в горсть волосы, с едва слышным рыком, вибрацией отдавшимся в его груди, сжал их. Поцеловал меня нежно, но я чувствовала, что он едва сдерживается. Грань…

Хотелось послать всё к чертям и начать раздевать его прямо тут, у лестницы.

Пуговица за пуговицей расстегнуть рубашку, резким движением выдернуть ремень и самой оказаться нагой перед ним. Чтобы кожа к коже, близко, горячо. Горячо было уже сейчас. А дальше… Вишнёвый глинтвейн, клубника, камин. Кажется, испорчен вечер все же не был. Даже наоборот.

— Я постараюсь, — шепнула во влажные губы.

— Да, девочка, — его ладонь ниже поясницы. Пальцами он впился в мою ягодицу, прикусил нижнюю губу. — Ты уж постарайся…

Глава 34

Алина

Олег действительно ушел совсем рано, нежно поцеловал меня и шепнул, чтобы я не вставала его провожать.

После наполненных чувственной откровенностью вечера и ночи, сил у меня на это действительно не было. Благодарная ему за чуткость и понимание, я ответила прикосновением, прошептала, что люблю его и вновь провалилась в сон. Проснулась лишь около десяти утра и тут же, дотянувшись до лежащего на тумбочке телефона, написала Инне с вопросом, как она. Вчера я пыталась уговорить её остаться, пыталась убедить, что дома ей может угрожать опасность, но она была категорична, заявив, что с ней все будет в порядке. Настаивать я не стала — понимала, если подруга решила, ничто не сможет её переубедить.

Ответ пришел быстро, спустя буквально пару минут. Инна писала, что у неё все хорошо.

«Громов сможет помочь?» — пришло следом.

Выдохнув, я улыбнулась, вспоминая прошедшую ночь, и напечатала ответ:

«Обещал подумать»

«Надеюсь, думать он будет не долго…»

«Не переживай, всё будет в порядке».

Отложив телефон, я заставила себя подняться и пойти в душ. Кинув взгляд в зеркало, наткнулась на отражение растрёпанной, немного бледной, но бессовестно счастливой девушки, коей была я сама.

Заметив оставшийся от щетины Олега красноватый след чуть ниже ключиц, коснулась пальцами и облизнула губы. Беременность в самом деле сделала меня голодной. Голодной до его ласк, потому что сейчас, вспоминая, как он покрывал нетерпеливыми поцелуями моё тело, я снова почувствовала, как ноет желанием низ живота. Порывисто выдохнула и поспешила раздеться. Встала под хлёсткие струи воды и, закрыв глаза, подставила им лицо. До вечера ещё долго. Так что… Успокоиться и не думать об этом.