– Думаете, мы пойдем против своих?

– Даже если речь идет об убийстве и об изуродованных трупах?

Все замолчали.

– Наверное, тут многое значит мотив, – сказала наконец леди Харт.

– В данном случае мотивом был страх.

– Страх чего? – спросила Фрэн.

– Страх за вас. – Кокрилл резко вскинул голову. – Верно, мистер Пенрок?

Пенрок сидел неподвижный и безмолвный. Двое полицейских придвинулись ближе.

Фрэн бросилась на его защиту:

– Пен не звонил в полицию! Когда вы говорили по телефону с той женщиной, Пен был с нами в гостиной! Должен быть кто-то еще! Конечно, это сделал не Пен! Пайпу Ле Мэй убила женщина, которая позвонила в полицию!

– А вам не приходило в голову, – с мрачной издевкой проговорил Коки, глядя ей прямо в глаза, – что звонила сама Пайпа Ле Мэй?

– Пайпа! Зачем ей звонить? И потом, та женщина сказала, что она убила Грейс Морланд.

– А может, она и убила, – отозвался Кокрилл, закуривая следующую самокрутку.

Все смотрели на него в полном ошеломлении.

Кокрилл негромко сказал:

– Я вам расскажу одну историю. Мистер Пенрок, вы не против?

Молчание Пенрока было невыносимо. Он чуть заметно шевельнул рукой с зажатой меж двух пальцев сигаретой, словно говоря: «Продолжайте. Мне все безразлично».

– Это история… скажем так: о прекрасном принце, – начал Коки, насмешливо блестя темными глазами. – Это был очень хороший, правильный принц, и, как полагается в сказках, он, конечно, влюбился в прекрасную принцессу. Однажды в его королевство явилась немыслимая злодейка – нам и постичь невозможно всю глубину ее черного злодейства. Она убила подданную принца, потом отрубила ей голову и бросила в канаву. Быть может, когда-нибудь мы узнаем, зачем она это сделала. А потом она вдруг вспомнила слова, сказанные несчастной жертвой, и забралась во дворец принца через черный ход, который оставили открытым двое молодых людей, пока миловались в саду принца. Злодейка похитила из дворца смешную шляпку принцессы и надсмеялась над своей жертвой, напялив шляпку на жалкий изувеченный труп в канаве.

– Инспектор, да вы прямо поэт, – промолвил Джеймс из глубины кресла.

Кокрилл пропустил его реплику мимо ушей.

– На следующий вечер, поскольку в доме злодейки не было такой прозаической и несказочной вещи, как телефон, она пришла во дворец, позвонила в полицию и объявила со злорадством помешанной, что следующей будет прекрасная принцесса. Она еще держала трубку в руке, когда принц вышел в холл.

Инспектор замолчал, и тут Пенрок впервые подал голос:

– Что он сделал?

Кокрилл стремительно обернулся к нему:

– А вы что сделали бы?

Пенрок не ответил.

– Вот что сделал принц в моей сказке, – продолжил Кокрилл, покачиваясь на каблуках.