Но не больше!

– Я доказал, что убийца мог добраться до беседки и обратно…

– Да, но веревку-то он снять не смог бы!

– А про веревку я ничего и не говорил…

Джеймс раскинулся в массивном кресле, сонно полузакрыв глаза.

– А ты что скажешь, Джимми? – Фрэн подобралась к нему, не вставая с колен.

Леди Харт и Венис о чем-то оживленно спорили с Генри. Джеймс наклонился и взял руку Фрэн в свои:

– Я думаю, что ты самое прелестное создание в целом свете.

Она смотрела на него снизу вверх, смеясь и краснея.

– Джеймс, милый! Вдруг кто-нибудь услышит!

Он не засмеялся.

– А что такого? Фрэн, только скажи, что согласна выйти за меня замуж, и пусть весь мир знает, что для меня ты самая чудесная, восхитительная, очаровательная и неотразимая и я с ума по тебе схожу. Фрэн, милая, любимая, скажи, что ты согласна! Когда-нибудь потом, когда все это закончится. Я освободился, пусть и таким ужасным образом… Фрэн, ты выйдешь за меня?

Она испуганно оглянулась и выдернула руку. Трое спорщиков по-прежнему жарко обсуждали ее пари; Пенрок полулежал на диване. Лицо его было в тени. Фрэн вскочила и, быстро наклонившись, легко поцеловала Джеймса в краешек губ.

– Может быть! – сказала она, а в следующий миг уже сражалась с Генри за свою вторую полукрону.

Пенрок тихо сидел в тени, ослепнув от боли, ревности и беспросветного отчаяния. Он даже не поднял головы, когда вошедший Кокрилл занял свое любимое место перед камином, выуживая из кармана бумагу и табак.

– Я сейчас заходил в коттедж, встретился с Тротти, – без предисловий сообщил инспектор.

– Это была не Тротти! – хором отозвались все.

– Да что вы говорите? – усмехнулся Кокрилл, потому что и его самого ввела в заблуждение напрашивающаяся ассоциация между веревкой и воздушными гимнастами. – А вы понимаете, что это значит? – прибавил он вкрадчиво.

– Что это сделал кто-то из нас? – предположила Фрэн.

Кокрилл решился и спросил, не отрывая взгляда от сигареты:

– Если я докажу, что это был кто-то из вас, что тогда сделаете вы?

– В каком смысле – что сделаем?

– Как это воспримут остальные? – нетерпеливо пояснил Коки. – Вы тут все добрые друзья, а кое-кто даже больше, чем друзья. Если я укажу на одного как на убийцу, что сделают остальные? На чьей будут стороне? Будете его защищать – человека, который убил женщину и отрезал ей голову?"

"– Его? То есть это мужчина? – спросила леди Харт.

– Мужчина, женщина… Я говорю в общем. Как вы поступите в таком случае? Отдадите его правосудию?

– От нас же ничего не зависит, – спокойно возразил Генри. – Как мы можем его защитить, если вы уже знаете правду?

– А если я знаю, но доказать не могу? – проговорил Коки, упорно разглядывая сигарету.

– Вы еще хотите, чтобы мы помогли вам доказать? – возмутилась Венис.