Эту нехитрую трапезу она расставила на старом сосновом столе. Поели с аппетитом, молча, не чувствуя потребности в разговоре.

Поужинав, запоздалые гости вернулись в отведенную им комнату. Потрескивал огонь, разбрасывая вокруг мерцающие блики. Диана смущенно посмотрела на Карлоса.

— Я не ожидала, что придется делить с тобой постель.

— Как ты думаешь, наши хозяева Гаррисоны действительно существуют? — Карлос размышлял, глядя на огонь. Повернув голову, он встретился с ней глазами. — Или старый Роджер расправился с ними и мы с тобой следующие в списке? Признайся, хочешь ли ты, чтобы я всю ночь не спал, вооружившись кочергой?

Нет, я хочу тебя! — беззвучно прошептала она в откровенном признании ревнивых чувств, вызванных неведением, которые мучили ее прошлой ночью.

Я хочу тебя в этой постели рядом со мной! Ее внутренний голос был настолько отчетлив, что на какое-то время она испугалась, что произнесла это вслух.

— Ты что-то спросила? — Он насторожился.

— Да, то есть — нет… Но, если не секрет, с кем ты был прошлой ночью?

— С друзьями, которых не видел долгое время. — Карлос изучающе посмотрел на нее.

 — Так вот что обидело тебя вчера!

Ее щеки залил румянец, и Диана, выйдя в коридор, торопливо захлопнула дверь. Она сдерживала себя, стараясь не задавать Карлосу мучивший ее вопрос, но его простой ответ стал для нее большим облегчением. Открыв дверь в ванную комнату, она зашла туда и напустила в мраморную ванну воды. Начав мыться, Диана обнаружила, что вода чуть теплая. Засиживаться в ней не было желания.

— Горячей воды нет, — произнесла она, возвратившись в спальню и дрожа в легкой шелковой сорочке — единственной одежде для сна, которую захватила с собой.

Диана мужественно притворялась, что для нее нет ничего необычного в том, чтобы делить спальню с мужчиной.

К тому моменту наполовину раздевшись, Карлос оценивающе взглянул на нее. На лице, освещенном отблесками огня из камина, вспыхнуло возбуждение.

— Решай, сегодня мне снова идти под холодный душ?

Воцарилась абсолютная тишина. Диана не ожидала, что вопрос будет задан так прямо.

Оторвав свой откровенно изучающий взгляд от бронзовой мускулистой груди, покрытой тугими завитками черных волос, она быстро залезла в постель и сказала жестко:

— Да.

Искушению не будет места, стала она внушать себе, призывая на помощь всю возможную в подобных обстоятельствах силу здравого смысла. Их интимность обманчива и ничего серьезного лично для нее не несет. Да, она на какой-то миг пленилась им как сумасшедшая, забыв, что желание, а тем более его осуществление, может глубоко ранить. Но где-то в душе все же бодрствовал мудрый страж ее опыта. Он будил ее, предупреждая, что она лишь временное развлечение Карлоса Малдонадо.