На мгновение показалось, что она не просто желает причинить мне боль, нет, Клаудиа словно хотела сломать мне руку, настолько сильной и болезненной оказалась ее хватка.

— Он же не был с тобой нежным, не так ли? Или тебе понравились ласки короля?

— Нет, госпожа. Было больно, но я вела себя так, как вы велели.

— Вот и молодец, — хватка ослабела, а затем мою руку и вовсе отпустили. Я потерла кожу, на которой непременно завтра проступят синяки, и шагнула назад, намереваясь покинуть покои короля.

— Убирайся, — прозвучало вослед. — И помни, что никто не должен узнать о том, что произошло этой ночью, иначе…

— Я знаю свое место, госпожа, — ответила, сдерживая гнев. Даже тело, уставшее от ласк Его Величества, перестало напоминать о себе ноющей болью в низу живота. Я заставила себя поклонится Клаудии и даже проследила взглядом, как она, вместо меня, возвращается в спальню короля. И лишь затем, развернувшись, тенью скользнула через гостиную, намереваясь незамеченной вернуться в свою комнатушку, расположенную рядом с покоями королевы. Благо идти придется не далеко.

Открыв двери, выглянула наружу. Где-то снизу доносились звуки веселья и музыки. Гости, приехавшие на свадьбу, продолжали веселиться. Это могло длиться всю ночь, но мне сыграло на руку, так как слуги занимались приглашенными, и никто не бродил по дворцу. Так что я могла вернуться к себе никем не замеченная.

Ступая босыми ногами по ковровой дорожке, обхватив себя руками, поняла, что мерзну. Мокрые волосы холодили плечи и спину, и все, о чем я только могла мечтать — это забраться в свою кровать и забывшись сном, постараться выбросить из головы все произошедшее этой ночью. Хотя я уже тогда понимала, что для меня уже ничего не будет по-прежнему. Но главным для меня было то, что королева, если верить ее слову, вернула бумаги. А остальное я переживу. А со временем, надеюсь, покину и дворец. Потому что видеть каждый день короля и помнить о нашей единственной ночи, будет тяжело. Да и Клаудиа не позволит, опасаясь за себя и свое положение во дворце.

Но вот и заветная дверь, а за ней комнатушка, больше похожая на коморку с маленьким столиком, узкой кроватью и платяным шкафом, занимавшим большую часть свободного пространства.

Я закрыла дверь на засов и привалившись спиной к стене, несколько долгих секунд просто стояла, привыкая к темноте. А затем принялась искать свечу."

"Вспыхнувшее пламя осветило убогое убранство. Но мой взгляд равнодушно скользнул по комнате, остановившись на столе и на бумагах, перетянутых алой лентой. Я бросилась вперед, закрепила свечу в подсвечнике, схватила бумаги и жадно сорвала ленту, а затем с облегчением вздохнула, понимая, что все бумаги на своих местах.

«Не обманула!» — пронеслось в голове, и я, задув свечу, переместилась к постели.