Он еще несколько секунд разглядывал меня, а затем начал раздеваться.

Первым на ковер упал его богатый камзол, затем король ленивым жестом отправил на пол нашейный платок и, перестав раздеваться, подошел ко мне. Кажется, я даже задрожала от его близости. Но мужчина будто не заметил моего смятения. Его руки властно опустились на мою талию и притянули ближе, оставив между нами ничтожное расстояние.

— Помоги мне раздеться, — сказал он. — Хочется ощутить твои пальцы на своем теле, — и, будто насмехаясь, поднял руки, словно хотел облегчить мне задачу. А я кивнув, вцепилась пальцами в низ его рубашки, такой же белоснежной, как и остальная свадебная одежда, и потянула, высвобождая из штанов.

Он был высоким. Таким высоким, что мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы снять с Его Величества эту треклятую рубашку. И почему он не носит современную одежду, которая расстегивается спереди, как и положено, и как более удобно на мой взгляд. Не надо стягивать через голову, а просто расстегнуть пуговички и всего делов!

Именно об этом я подумала, пока мои пальцы скользили по белой ткани, ощущая под ее тонкой преградой литые мышцы мужской груди, такой же горячей, как и сам мужчина. Впрочем, чему удивляться, ведь Его Величество был не просто королем. Он являлся главой рода Огненных, и ходили слухи, что, обращаясь, превращался в огромного огнедышащего дракона. Но мне повезло не видеть это пугающее зрелище, а потому приходилось верить чужим словам. В которых я, впрочем, не капли не сомневалась."

"Король воплощал живую силу. Она текла под его кожей, словно лава в кратере вулкана. И сейчас, стоя перед ним и глядя на уже обнаженную широкую грудь мужчины, я старалась не залюбоваться его телом, таким идеальным и опасным для меня. К такому телу хотелось прикоснуться, чтобы ощутить под кожей пальцев его гладкую твердость. И возможно, я бы сделала это в другой ситуации. Сейчас же вид мужчины вызывал страх и сердце билось все сильнее, грозя выдать мое смятение своим стуком. Мне казалось, что Его Величество слышит это биение. Ухмылка на его губах становилась все более понимающей и предвкушающей мою капитуляцию.

«Всего одна ночь!» — напомнила себе, повторив фразу, словно заклинание, и выпустила рубашку из пальцев, позволив ей присоединиться к остальной одежде на полу.

Не думала, что придется раздевать короля. Наивно полагала, что он войдет в эту комнату, овладеет мной, и я освобожусь от своего долга. В воображении все происходило просто и быстро. А на самом деле Его Величество и не думал спешить.

— У тебя хорошая кожа, — произнес он, прерывая ход моих мыслей. — Мне нравится касаться ее. Словно трогаешь тонкий шелк!

Я почувствовала, как широкая ладонь накрыла мою левую грудь и чуть сжала.